понедельник, 24 апреля 2017 г.

Валерий Соловей: "Осенью протесты могут выйти на другой уровень"


Беседовали: Варвара Грязнова и Юрий Иванов

Юрий Иванов: Валерий Дмитриевич, добрый день! Вчера в Госдуме премьер Медведев выступал. Два очень интересных таких диалога. Сначала депутат от КПРФ, фамилия которого Коломейцев, выступил и в конце очень быстро и кратко сказал: «А почему вам не ответить на нападки Навального?», - на что Дмитрий Анатольевич сказал, что он не будет комментировать абсолютно лживые продукты политических проходимцев и вообще посчитал, что такая уважаемая фракция как КПРФ вообще должна от этого воздержаться. Потом случилось следующее: стал выступать Геннадий Зюганов и он своё выступление закончил такой фразой: «И у нас уже появился новый фюрер», - на что ему Дмитрий Анатольевич ответил: «Я не знаю, про какой фильм вы говорите, я не смотрел, пришлите мне, я посмотрю». Вот в этой связи хотелось бы спросить: как вы оцениваете вчерашнее выступление премьера ну и заодно вот этот фильм о Навальном, который появился - как раз о новом «фюрере».
 

Валерий Соловей: Понятно. Вчерашнее выступление премьера Медведева выглядело не очень убедительным для избирателей всех партий, которые были в думе, и для общества. Людей не убеждали его слова. И не могут убедить все его слова и заявления о том, что вот Россия уже миновала кризис, что у нас уже экономический подъем, самая низкая инфляция за несколько лет, - потому что люди же меряют собственным кошельком и сколько они могут купить в магазине. У них свой критерий. В конце концов, сам премьер-то в конце чуть не сорвался: «Ну что вы, мы же под санкциями, цены на нефть уменьшились в два раза, ну чего еще ожидать?» Я думаю, что если бы он честно сказал - что мы находимся в глубокой стагнации, и не видно не то что света в конце туннеля, а не видно вообще когда туннель закончится, - мне почему-то кажется, что это вызвало бы к нему больше уважения и больше внимания к его словам. Потому что в такой ситуации, когда кризис длится уже три года, люди все-таки предпочитают реалистические оценки и ясное понимание, тем более, что люди в своем ресурсосберегающем поведении нацелены на то, что кризис будет продолжаться.
Ну а что касается истории с Алексеем Навальным - то это как раз хрестоматийный случай того, как не надо бороться со своими оппонентами. 
Кстати, раз уж борьба началась по-настоящему, то это означает, что Навального признали важным политическим игроком. Важным, равнозначным основным политическим игрокам в Российской Федерации, и, безусловно, ведущим оппозиционером. Вот вровень с ним из оппозиции никого поставить нельзя, и я имею в виду, конечно, несистемную оппозицию, поскольку и КПРФ, и ЛДПР, и «Справедливая Россия» - это не оппозиционные партии. Это номинальная внутренняя оппозиция в рамках «партии власти». Они являются элементами «партии власти», где играют определенную роль. Навального признали очень важным игроком, игроком, имеющим перспективы, потому что борются только с тем, у кого такая перспектива есть, как вы хорошо знаете. И у нас любят цитировать и, мне кажется, к Навальному это вполне применимо, фразу Махатмы Ганди: «Сперва вас не замечают, потом над вами смеются, потом с вами борются, а потом вы побеждаете». Вот здесь уже явно третий этап. Что касается качества этой борьбы - то оно, конечно, ниже всякой критики. Еще раз повторю: это пример того, как не надо делать агитационную продукцию.

Варвара Грязнова: А почему так происходит? Там специалистов нет?
 

ВС: Это очень интересный вопрос, который вызывает сейчас массу предположений и догадок конспирологического свойства - что мол у Навального есть тайные симпатизанты, которые делают всё, чтобы к нему привлечь внимание. Могу сказать, что пиар-стратегия, коммуникационная стратегия власти в отношении Навального - неправильная. Она просто неправильная, она ошибочная в своей базовой предпосылке. И всё можно было бы построить иначе и значительно более эффективно для власти и с не очень приятными последствиями для Алексея, но власть этого не делает - но не потому, что там заговор, а я думаю, потому что они не хотят или не могут этого уже сделать.

Б.Н.Ельцин вышел из КПСС и покидает съезд, 1990 год
Есть такая очень интересная историческая закономерность, отмеченная многими наблюдателями, историками в том числе, - что режимы, которые находятся в тяжелых кризисах, начинают себя вести так, как будто они сошли с ума. И объяснить это рационально невозможно. Люди, которые казались вполне вменяемыми, вдруг начинают вести себя самым странным образом, как будто намеренно делая все для того, чтобы ухудшить собственное положение. И я могу привести историческую аналогию с Борисом Ельциным, которая вполне уместна в данном случае, которую сами выступавшие в Думе и Володин, и Зюганов имели в виду: ведь тогда власть, борясь с Ельциным (она боролась с ним неподдельно) сделала всё для того, чтобы его превратить в общенациональную, тогда - общесоюзную фигуру. Сейчас происходит нечто подобное.
Я даже не верю в саботаж - что мол исполнители саботируют. Я посмотрел этот пресловутый ролик, где Алексей Анатольевич сравнивается с Адольфом Гитлером. Кстати, я студентам его буду показывать, объяснять, что такое «трансфер», «перенос». Я могу сказать, что он с технической точки зрения сделан очень качественно, это качественный ролик, и за ним стоит серьезная техническая база. Но содержательно он абсолютно провален. Более этого, этот ролик лишь привлечет симпатии Навальному от той аудитории, на которую он нацелен - это симпатии молодёжи. Потому что он выглядит настоящим лидером, лидером, который бросает всем вызов. Молодежь это привлекает, а старшее поколение, кстати, на которое ролик мог бы сработать, оно просто не сидит в YouTube.

ВГ: Ну да, логично.
 

ВС: А показывать его по телевидению - это означает опять же привлекать внимание. Поэтому стратегия власти, построенная по отношению к Навальному, она ошибочна в своих базовых предпосылках и оказалась очень скверная. И более того, это очень важно, что получилось так, что история с Навальным фактически вытеснила отчет премьер-министра, если посмотреть на реакцию социальных сетей - а это очень важно, сейчас там много людей и они в политическом плане очень значимы. Это еще раз подчеркивает то, с чего я начал: Навальный - это важная политическая фигура.

ЮИ: По поводу политтехнологий - на этот раз московских - у Варвары вопрос.
 

ВГ: Да. Тут как раз невозможно не провести параллели с тем, как у нас неделю назад прошел митинг в Нагорном районе. К нам туда прислали провокаторов - советников главы управы Нагорного района, Красовского А.С. Это самые «отмороженные» из всех двухсот с лишним человек этих советников (остальные хотя бы своим соседям помогают или не мешают). И вот эти несколько людей готовы по первому свистку управы всегда прийти и выразить яростную позицию «за» или «против» чего-нибудь в пику реальной общественности в районе. Так получилось, что там присутствовал еще и некий политтехнолог, который, как мы выяснили, работает сейчас на «Единую Россию» на муниципальных выборах. Такое ощущение, что он организовал этих провокаторов - правда, подставил их под административку.
 

ЮИ: И вопрос в том, почему…когда жителям ввели одностороннее движение и это оказалось неудобно - почему диалог подменяется этими фейковыми митингами, попытками заткнуть людям рот вот этими политтехнологами. Почему выбрали такую манеру общения?
 

ВГ: Причём политтехнологи явно из одного и того же кадрового резерва, судя по качеству их работы.
 

ВС: Да, пожалуй, эти люди из одного и того же стратегического резерва, я согласен. А почему выбрали такую манеру, такой стиль общения с москвичами - потому что, к сожалению, москвичи позволили. Помните, мы с вами несколько раз обсуждали, почему же власть всё это делает - а потому что горожане позволяют. Сначала сносят палатки и магазинчики, потом три-четыре раза перекладывают плитку. Сейчас в очередной раз взялись за то же самое. И «вишенка на торте» - а на самом деле катастрофа грозящая - это снос домов. И власть привыкла к тому, что она может выкрутить руки и заткнуть рот. И она продолжает так действовать: беззастенчивое давление, враньё, провокации. Она не изощряется - зачем? Изощряться надо там, где люди оказывают сопротивление. Тогда пытаются обмануть, действовать потоньше.

ВГ: Тогда просто Росгвардию присылают…
 

ВС: Они действуют очень беззастенчиво, но в этом они совершают уже очень серьезную ошибку - потому что видно, что и в Москве уже изменились настроения. И я сужу не только по вашему митингу. Я сужу по той реакции, по тем собраниям, которые прошли - собраниям жильцов тех домов, которые предназначены к сносу. Мне кажется, что для московской власти это приведет к политической катастрофе. Изменились люди. Год назад, даже полгода назад они бы реагировали иначе. Сейчас мы видим вообще в стране политический подъем, он начался. Это пробуждение интереса к политике, это рост политической активности, и даже где-то уже добиваются успеха - я имею в виду, в Новосибирске. Проведя семь митингов горожане добились того, чтобы им отменили повышение тарифов на 15%. Я могу сказать, что для России это очень важный пример.

Один из митингов в Новосибирске против роста тарифов ЖКХ. Фото: Кирилл Канин
Московские власти - я говорил, что власть ведет себя так, как будто она сошла с ума, - может быть так и есть. Она ведет себя так, как будто мы двумя годами раньше - когда все зацементировано, когда люди ликуют по поводу Крыма, когда их интересует больше война на Украине, чтобы это не дай бог не случилось в России, - нет, они сейчас настроены совершенно иначе. И сейчас во главу угла поставлены их интересы, и это способно очень сдвинуть ситуацию. Я бы сказал, не просто сдвинуть, а расшатать, но московские власти в силу своего природного ли упрямства, приобретенного ли, в силу еще каких-то обстоятельств, мне кажется, и жадности, конечно…Помните, мы с вами говорили несколько раз, и я пытался донести простую мысль, что в политике главные мотивы - это трусость и жадность.
Вот вы это сочетание со стороны власти сейчас и видите: трусость, жадность и еще глупость. Вот все три мотива. Они присутствуют в чистом виде. Но в этот раз у меня нет сомнения, что реакция будет иной. 
Она будет накатываться постепенно, но мы видим уже начало. Даже очень спокойные люди, чьи дома предназначены к сносу, - я читал вчера о том, как они описывают собрания, - явно нервно относятся и к нежеланию обсуждать, к отсутствию предмета обсуждения вообще. У меня такое ощущение, что власть была бы готова сносить дома вместе с сопротивляющимися жильцами, но, к их сожалению, мир устроен так, что сделать это невозможно. И конечно она кусает себе локти: «Чёрт, прошла процедура приватизации. Это собственники». Поэтому объяснение тому, что происходит довольно простое, но последствия происходящего со стороны власти - власть спровоцирует очень серьезный конфликт, уже, по-моему, сомнений не остается. Причем конфликт неполитический. Это будет конфликт вокруг собственности. Но его последствия будут остро политическими, конечно же. И если только сейчас московскую мэрию не остановят. Но ощущение, что ее никто не может остановить.

ВГ: "Этот поезд в огне!" Может, это тайный план по подъему гражданского самосознания?
 

ЮИ: Валерий Дмитриевич, вы написали вчера в своем фейсбуке, что пятнадцать суток Вячеслава Мальцева и Алексея Навального - это не «новое болотное дело» и не политические репрессии, но риски преследования чересчур велики. Вы могли бы сказать, что это за риски для власти? И почему она их не осознает?
 

ВС: Власть осознает. Вот именно поэтому она не решается начинать возбуждать новые уголовные дела и повторять «болотное дело», когда по ничтожным и зачастую надуманным предлогам немало людей получили реальные наказания. Она боится острой массовой реакции. Задержан Мальцев, а его сторонники - люди активные, и причем это типаж «активные провинциальные мужички и женщины», которые стали звонить во все ОВД Москвы с вопросом «Где Мальцев?» Они стали ездить, они вытребовали, чтобы кто-то из начальников Петровки 38 к ним вышел на улицу, и вот теперь представьте: вам надо принимать решение, что делать с этим человеком. И вы вдруг понимаете, что у него есть не просто сторонники - сторонники есть много у кого, у Григория Алексеевича Явлинского, у Зюганова, - но вот эти сторонники способны выйти на улицу. И еще не известно, как они себя там поведут. А тут еще, кажется, я не знаю, доподлинная ли это информация, но говорят, что у следователя, который возбудил дело против Мальцева, по какому-то совпадению якобы сгорела машина.

В.Мальцев перед заседанием Тверского суда. Фото: ТАСС, Дмитрий Серебряков
Я думаю, что в такой ситуации любой человек, принимающий решения, - в данном случае это решение не на самом высшем уровне принималось, а все-таки пониже, - он начинает задумываться: а стоит ли? А стоит ли рисковать? Стоит ли рисковать своей собственностью? Мало ли какие совпадения случаются. А главное, могут быть и политические последствия. Поэтому я думаю, что стратегия власти в отношении Мальцева и в отношении Навального строилось на предпосылке «Само рассосётся». Вот мол, они достигли пика своей популярности, своего влияния, и это не страшно. Но выяснилось, что это не так. И с Навальным стали бороться. Мальцев - это, конечно, проблема меньше, поэтому с ним не ведут такой компрометации, но это тем не менее, проблема. Существование этой проблемы они признают и не хотят гипертрофировать. То есть власть сейчас пришла в то положение, которое описано во многих классических книгах по кризисам режимов: когда репрессии не утихомиривают общество, а способны наоборот его возбудить и вызвать очень острую реакцию. Вот сейчас мы в это шаткое равновесие уже вступили.

ВГ: Понятно. А например, инициатива Милонова по поводу регистрации в соцсетях по паспорту и о предоставлении паспортных данных администраторов групп - это может быть годным средством борьбы с «чумой»?
 

ВС: Это совершенно исключено. И Дума сама испугалась общественной реакции. Я сомневаюсь, что Милонов это с кем-то согласовывал, это джентльмен, который ради красного словца и ради дешевой известности «не пожалеет даже и отца» и своих товарищей по «Единой России». Ну он просто выступил, это был такой выстрел в воздух. Это привлекло внимание, это вызвало озлобление. Причем не только среди пользователей, но и среди других людей.  Например, сеть «ВКонтакте» словами пресс-секретаря дала понять, что эта инициатива безумна. Мне кажется, что более серьезным может быть запрет разного рода анонимайзеров. Это то, что сейчас начало обсуждаться - запрет на разные tor-браузеры, которые позволяют заходить на разные сайты анонимно, в том числе на сайты, которые заблокированы.

ВГ: Но при наличии VPN я, честно говоря, не знаю, как они там собираются всё запрещать. Хоть обблокируйся.
 

ВС: Эта инициатива технически практически нереализуема, но она есть и это показывает, что власть беспокоит. А если запретить школьникам ходить в социальные сети, получите школьников на улице.

ЮИ: Мне кажется, депутатам надо повестку сменить. Мне кажется, они слегка расслабились. Им надо сменить повестку, и тогда вся эта дурь у них из головы повылетает.
 

ВС: Как говорил Горбачев, «не надо нам, понимаете, подбрасывать».

ЮИ: Я о том, что им надо быть ближе к народу - ну или народу быть ближе…
 

ВС: Ближе к Думе?! (смеётся)

ЮИ: Валерий Дмитриевич, есть еще ситуация с США, с химической атакой, далее была бомбардировка пятьюдесятью девятью «томагавками», размахивание ими. Скажите, пожалуйста, как вы считаете, что это вообще? Это начало «Большой сделки», о которой вы раньше говорили? Тиллерсон, например, сказал, что результат переговоров не предусматривает роли Асада в управлении Сирией. А Песков ранее заявил Associated Press, что позиция российского руководства по Башару Асаду небезоговорочна. Это какие-то взаимные уступки? Реализуются вот эти договоренности, о которых вы раньше говорили?
 

ВС: Я бы сказал, что это все-таки договоренность, которую предлагают Соединенные Штаты, в абсолютно ковбойской манере. Помните, в вестернах человек забегает в салун с двумя пистолетами в руках и делает несколько выстрелов вокруг, не в людей, и говорит: «А теперь принесите мне виски». Здесь то же самое сделали американцы. Американские источники сообщают, что Тиллерсон привез ультиматум, но это предложение как раз о соглашении - что Россия вступает в западную коалицию против ИГИЛ (организация запрещена в России) под предводительством Соединенных Штатов и, естественно, на западных условиях. Это первый этап и ИГИЛ (организация запрещена в России) - это главная мишень на данном этапе. Россия предоставляет в том числе «живую силу», и речь идет не о подразделениях вооруженных сил, а о так называемых, частных военных компаниях. Второй этап называется «Стабилизация» - то есть после разгрома ИГИЛ (организация запрещена в России), - а понятно, что силами иракцев и курдов не справиться, - вырабатывается формула существовании Сирии. Будет ли это кантонизация - то есть раздел на территории при номинальном сохранении единства. Третий этап - это уход Асада. Вот это то, что привёз Тиллерсон.

С.Лавров и Р.Тиллерсон на встрече в Москве. Фото: РИА Новости, Рамиль Ситдиков
И сейчас, насколько мне понятно, в Кремле размышляют: идти на это или не идти? И сейчас дилемма выглядит следующим образом: идет очень интенсивная концентрация бронетехники и артиллерийских систем в районе Донбасса и на сопредельной территории, и там открыто говорят, что готовятся к новому наступлению. Честно скажу, это абсолютно достоверная информация, но политические цели и последствия этого абсолютно непредставимы. Поэтому ощущение, что это скорее всего будет фигура устрашения, и чтобы вы поняли - это не раз уже происходило за последнее время. Потом поступал сигнал отбоя. И я бы очень не удивился, если бы в конце или середине мая поступил сигнал на территории этих непризнанных республик тем, кто там воюет, о том, не хотят ли они повоевать в Сирии за приличное вознаграждение, как участники этих частных военных компаний. Вот это вот альтернатива, которая сейчас рассматривается, насколько я знаю. Со стороны России войти в западную коалицию - это же вроде то, чего она хотела. Давайте вспомним, что когда Кремль начинал всю эту историю в Сирии, он именно на это и рассчитывал - что он станет членом широкой западной антитеррористической коалиции. Правда, он еще кое-что рассчитывал получить взамен за это, но пока ему предлагают только участие в коалиции.

ЮИ: Да. Вы имеете в виду отмену санкций?
 

ВС: Да. Но я думаю, что отмена частных санкций была бы вторым этапом. Сперва участие России в коалиции, борьба с ИГИЛ (организация запрещена в России), а потом отмена санкций. Но я думаю, что их могут «обмануть» - и даже не столько обманут, сколько Трамп захочет отменить санкции, а Конгресс ему откажет, потому что если санкции проведены через Конгресс - это уже другая история. Существует шаткое равновесие между этими вариантами, некое распутье. Я не исключаю, что по свойственной нашим правителям привычке они будут оттягивать решение до последнего. Это их обычная тактика: тянуть и ждать, пока «само рассосется». Может же ситуация измениться к лучшему - и тогда мы эту ситуацию используем. Если, скажем, на Донбассе до 10 мая наступление не начнется, то оно уже вряд ли начнется вообще. С Сирией я думаю, что все посложнее, но опять же, если начнут вербовать людей, то мы об этом узнаем. И будет понятно, что в Москве предпочли.

ВГ: А какой у вас прогноз по акции 12 июня?
 

ВС: Знаете, мне кажется, была совершена некая тактическая ошибка, когда в промежутке между 26 марта, в апреле и в мае ничего не происходит. Никаких политических манифестаций. За это время люди могут реально расхолодиться, хотя политическое оживление реально происходит. Оно требует каких-то форм самоорганизации. Скажем, можно было бы организовать в Москве и в других городах, где у Навального есть штабы, просто пикеты в поддержку дальнобойщиков. Хотя бы пикеты. Согласитесь - это было бы политическое действие? Потому что если люди два месяца ничего не делают - это их расхолаживает. Но сам исход акции зависит исключительно от двух факторов: от агитации и пропаганды за эту акцию и от стечения обстоятельств. Если сложится удачно для Навального первое и второе, то явка может быть чрезвычайно высокой. В тот момент, когда акция была уже объявлена, я видел оценки - отнюдь не только мои, я вас уверяю, - до двухсот тысяч человек может выйти на улицы Москвы. И этого вообще-то опасаются.

Марш памяти Б.Немцова, застреленного в Москве 27 февраля 2015. Фото: сайт obozrevatel.com
Потому что такой массовости еще не было. В любом случае, результат свыше семидесяти тысяч будет очень хорош, двести тысяч - это выше всяких ожиданий, но это возможно. Есть аксиома такая, что массовая динамика непредсказуема. Никто не ожидал, что 26 марта на Тверскую выйдет больше двадцати тысяч. Скажем, моя оценка была, что пять тысяч - уже был бы очень хороший результат для несанкционированной акции. Вышло больше двадцати тысяч, что подтверждает, что массовая динамика непредсказуема и что в России политическое оживление. Люди готовы выйти. Погода 12 июня скорее всего будет хорошей, и это еще начало июня, люди еще не разъедутся. Поэтому может оказаться очень высокой явка. И опять же очень интересно, как власть отреагирует. Я полагаю, что на этот раз у них хватит ума не препятствовать, а предложить, скажем, бульвары. Если бы на 26 марта предложили бульвары - «Помните, по которым вы уже ходили», - все было бы очень неплохо и для власти. А когда люди выходят на несанкционированную акцию, они преодолевают барьер страха. Это очень важно для них. Они готовы и дальше его преодолевать. Кстати, обратите внимание: та акция, которую Ходорковский предложил, - она же получила разрешение, она согласована. 29 апреля, пожалуйста. То есть власть теперь ведет себя осторожно в этом отношении. Она пытается не провоцировать.

ВГ: А вот на ваш взгляд, имеет ли значение наличие сколько-нибудь серьезной политической программы у Навального в этих условиях, когда люди выходят? То есть они выходят - но зачем они выходят? Почему они выходят?
 

ВС: Имеет. Помните, как люди выходили «против коммунистов»? Ну Варвар, вы, наверное, еще не очень помните, по рассказам родителей. А я помню.

ЮИ: Я помню,
 

ВС: Я был тогда в здравом уме и твердой памяти и участвовал.

ВГ: То есть можно не готовить программу?
 

ВС: Если вы есть против, есть очень сильное желание выйти против. Но этого всё равно маловато. Нужна все-таки позитивная повестка и она не может сводиться исключительно к борьбе с коррупцией. Должны быть сформулированы очень простые и ясные политические лозунги, их должно быть не более пяти. Пять-шесть.

ВГ: Например?
 

ВС: Об этом надо подумать. Я сейчас не берусь предрешать, но если вы их выдвигаете, то вы понимаете, что это уже другой этап вашей борьбы. Новый. Вот Навальный напишет книгу «Моя борьба с коррупцией».

ЮИ: Еще один фильм сделают сразу…
 

ВС: И там борьба с коррупцией перерастет в борьбу политическую. Это, кстати, классическая логика развития массовых протестов: сначала вы выводите людей по локальным повесткам - хотя, конечно, борьба с коррупцией для России - не локальная повестка. Но вот где-то они вышли за Исаакий, где-то они вышли против повышения тарифов, где-то они вышли в связи с экологией, но это все равно выступает поводом. Потом они преодолевают какой-то барьер страха, входят во вкус и дальше: «Чёрт возьми, а ну-ка давайте «Вся власть советам!»

ЮИ: …муниципальных депутатов…
 

ВС: Или «Долой любую власть». Как только этот лозунг прозвучит в той или иной форме, это будет означать, переход политического оживления в новое качество. Но я не думаю, что это произойдет в июне. Я думаю, что такого сорта вещи как политические лозунги, появятся только осенью. В июне общество явно еще не будет готово, в том числе и по сезонным обстоятельствам. Люди готовы выйти на манифестацию как на прогулку, но не готовы еще будут к какому-то противостоянию. Я бы подождал осени. Я могу сказать, что эти события моделировались, и помните, мы несколько раз с вами говорили, что в 2017 году всё и начнётся. Это было предвидимо за полтора-два года, были модели. Вот осенью, борьба, «наступление трудящихся», как это называла советская пропаганда, может выйти на качественно новый уровень. И масштабы станут обширнее и накал ожесточеннее.

ЮИ: Спасибо вам большое за интервью!
 

ВГ: Спасибо!


Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk/


воскресенье, 16 апреля 2017 г.

Кто и зачем стравливает жителей Нагорного района?

С провокации начался митинг против политики ЦОДД, проходивший в Нагорном районе 12 апреля.
Пришедшие на мероприятие местные жители и активисты обнаружили, что на месте, где должен был проходить их митинг, при поддержке сотрудников управы проходит несогласованный пикет с диаметрально противоположными лозунгами в поддержку политики ЦОДД.



По словам одного из организаторов мероприятия Татьяны Григорьевой, их митинг пытались сорвать советники главы управы Нагорного района под руководством заведующего оргсектором управы Простова А.А.


В центре фото - сотрудник управы Нагорного района Простов А.А.

"Мы пришли на место митинга заранее, и увидели странную картину: на месте, где должен был пройти наш митинг стояли бабушки и непонятные молодые люди с плакатами про поддержку 163-го автобуса. Среди них мы узнали советников главы управы Красовского А.С., которые приходят на все общественные мероприятия и мешают жителям высказывать точку зрения, не совпадающую с позицией управы. Организатором данного мероприятия назвалась некая Анастасия Яковлева. Документы о согласовании мероприятия она показать отказалась, на просьбы не мешать нам проводить мероприятие не реагировала. Мы не могли начать свой митинг в назначенное время из-за того, что площадка была занята и ждали, когда эти люди уйдут. К участникам нашего митинга подходили люди с подписными листами за одностороннее движение, некоторые не разобравшись ставили свои подписи. Всё это радостно снимал близкий к мэрии и "Единой России" политтехнолог Сергей Ким. Я помню многих из них ещё с прошлых мероприятий. Эти же люди присутствовали на встрече с представителями ЦОДД 16 февраля, кричали «Мы ненавидим автомобилистов и мы их победим», что им позарез нужно одностороннее движение и платные парковки, хотя никто из них не является автомобилистом — это пенсионеры, которым не нужно каждый день ездить на работу, а вечером возвращаться домой", — рассказала Татьяна.


Один из организаторов антимитинга - Анастасия Яковлева, советник Главы управы Нагорного района

"Вместо того, чтобы оказывать содействие нашему согласованному мероприятию, как это было предписано в распоряжении Префектуры ЮАО, господин Красовский прислал к нам на митинг своих общественных советников, которые попытались его сорвать. Я не исключаю, что их провокационный пикет мог быть согласован до 19:00, однако после 19:00 начиналось время нашего митинга и никого из этих людей с плакатами там уже не должно было быть. Эти действия главы и сотрудников управы, подпадают под статью 149 УК РФ "Воспрепятствование проведению собрания, митинга, демонстрации, шествия, пикетирования или участию в них". Мы попросили вмешаться полицию, но вместо того, чтобы обеспечить безопасность нашего мероприятия и очистить согласованную нами площадку, они отвели наших активистов к кинотеатру "Ангара", что противоречило месту, указанному в уведомлении. Сотрудники полиции не выполнили возложенных на них обязанностей. В ближайшее время мы напишем заявления в УСБ МВД и Прокуратуру с просьбой дать оценку действиям сотрудников полиции, а также летом сделаем специальное посещение-проверку УВД ЮАО в рамках проекта "Гражданин и полиция". Отдельного внимания заслуживает поведение сотрудников управы Нагорного района, и в частности, господина Простова А.А., который отдавал незаконные распоряжения. Именно он сказал участникам нашего митинга отправиться к "Ангаре". Я считаю, что руководство управы Нагорного района полностью себя дискредитировало. Эти люди не решают проблем района и ведут себя как оторванные от реальности наместники. Любая попытка диалога пресекается с помощью нанятых управой не совсем адекватных людей, которых  А.С. Красовский сделал своими "общественными советниками". Он отгородился от основной части жителей и бегал от нас по управе, спрятавшись за редутами из магнитных замков в двери без вывески. Мы будем добиваться отставки Красовского со своего поста. Нам такой глава управы не нужен", — рассказывает заявитель митинга против политики ЦОДД Варвара Грязнова.

Документы, подтверждающие согласование митинга против политики ЦОДД (кликабельно)

Напомним, жители Нагорного района недовольны введением одностороннего движения на Ялтинской и Артековской улицах и ранее уже обращались во все возможные государственные органы и проводили акции протеста по этому поводу.
В итоге митинг 12 апреля оказался уже настолько резонансным, что заинтересовал Сергея Кима - политтехнолога, близкого к мэрии. Тот лично приехал на митинг, проводил видеосъемку, координировал действия советников управы, а затем сделал оперативный пост на своей странице Facebook, который лайкнула сотня фейковых аккаунтов.


Возможно, что "антимитинг" и его освещение в соцсетях также организовал он. Во всяком случае, на следующий день, фото и видео, сделанные Сергеем Кимом на митинге оказались в насквозь лживом посте блогера из Росмолодежи Федора Щепетова. Это, конечно, здорово: значит, протест жителей Нагорного уже восприняли всерьёз.

Сергей Ким на "антимитинге" управы Нагорного на месте согласованного митинга жителей



Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk


среда, 12 апреля 2017 г.

Жители Нагорного района выйдут на митинг 12 апреля против политики ЦОДД


ГКУ Центр организации дорожного движения активно занимается вводом платных парковок и перекраиванием схем движения на улицах Москвы. Осенью 2016 года ЦОДД ввёл одностороннее движение на Ялтинской улице, а потом, весной 2017 и на соседней Артековской. Однако жители недовольны и протестуют: 25 марта провели пикет, а 12 апреля в 19:00 проводят митинг напротив кинотеатра "Ангара" (Чонгарский бульвар, д.7) - оба мероприятия были согласованы с местными властями.
"Московский Активист" поговорил с основными организаторами меропориятия.

Юрий Иванов: Итак, Варвара взяла у меня интервью по итогам похода 26 марта на Пушкинскую площадь, а я сегодня беру интервью у Варвары и у Татьяны, жителя Нагорного района. Варвара, начнем с того, что у вас сначала ввели одностороннее на Ялтинской улице, расскажи, пожалуйста, какая там предыстория была и какие были впечатления от введения одностороннего на одной улице.

Варвара Грязнова: Предыстория была такая, что осенью 2016 года мы все внезапно узнали, что сейчас у нас тут сделают одностороннее на Ялтинской. Естественно, что очень многие люди очень сильно неприятно удивились - особенно те, кто возвращаясь домой стал вынужден нарезать какие-то огромные круги. Или кто перестал иметь возможность пользуясь привычной короткой дорогой выехать или приехать домой. То есть как только были нарушены все нормальные маршруты, люди, естественно, всполошились и очень обозлились. Более активные граждане нашего Нагорного района стали собирать подписи против введения одностороннего движения. Мы разобрались в этой теме, нам стало понятно, что помимо одностороннего очень вероятно, что следующим этапом может стать еще и платная парковка.
Причем расплачиваться за все должны жители, хотя именно власти согласовали проект реконструкции нашего квартала, когда здесь раньше были еще пятиэтажки. И в итоге взяли и понастроили семнадцатиэтажек. А расплачиваться должны мы за этот искусственный дефицит парковочных мест и неучет вообще того, что люди на машинах.

ЮИ: Татьяна, скажите, пожалуйста, какие последствия ощутили вы лично? Может быть, как-то изменилось время, за которое вы добираетесь домой? Как конкретно на вас это повлияло?

Татьяна Григорьева: Конкретно на нас это повлияло так, что…у меня муж - математик, не такой, как Поляков (Заместитель руководителя ЦОДД - прим. МА), он взял и просто посчитал, сколько теперь занимают разные маршруты домой по сравнению с теми, которые были раньше, и получилось, что в среднем маршрут удлинился на полтора километра, плюс-минус сто метров. И таким образом за год человек, который один раз в день приезжает домой, получает перепробег длиной в 600 километров. То есть теперь благодаря Полякову мы за год доезжаем до Питера.

ЮИ: До Питера…
 

ТГ: Но это полбеды. Вроде 600 километров не так уж и много, если разделить на триста шестьдесят дней в году. Но, во-первых, некоторые люди ездят не по одному разу и подъезжают к дому, а во-вторых, это сопровождается стоянием в пробках и на светофорах. И если это выходные дни, то, как жители уже назвали его, это «бермудский квадрат». Бывало так, что люди выехали в соседний магазин, в кружок за детьми - и раньше путь занимал пять минут, то теперь они стоят час. Это, конечно, был большой сюрприз для всех нас, здесь живущих.

ЮИ: Я еще потом по итогам пикета спрошу вас, какие были последствия подключения и Артековской односторонней. А сейчас хочу спросить и Варвару, и Татьяну: как прошла встреча с ЦОДД? Я так понимаю, у вас была попытка диалога, вы пытались поговорить, и приезжали представители ЦОДД.

ТГ: Мы пытались и написать им, и поговорить с ними. Это так. Первая реакция была - сбор более восьмисот подписей жителей района - то, что мы успели буквально за неделю собрать. Эти подписи были в ЦОДД отправлены. Единственная реакция была такая: Поляков согласился встретиться с нами. Но дело в том, что на эту встречу насобирали «массовку» из советников главы управы, которые, естественно, за введение одностороннего. И там даже звучала фраза: «Мы ненавидим автомобилистов и мы их победим».

ВГ: Да, там была прекрасная встреча, на ней даже гаишник присутствовал, который сказал, что вроде как аварийность нулевая, ДТП за последние три года нет, за всю историю…

ТГ: На учете улицы не состоят…

ВГ: Да, но он тоже не против введения одностороннего! Я была поражена таким подходом.

ЮИ: А скажите, в этой связи можно узнать позицию ваших муниципальных депутатов? Они-то как вообще, как-то через них это проходило всё?
 

ТГ: Дело в том, что согласование КСОДД - «комплексной системы организации дорожного движения», - происходило в марте 2016 года. И знали об этом муниципальные депутаты или нет, мы сейчас выяснить уже не можем, но для тех депутатов, которые все-таки с жителями взаимодействуют, - они узнали в то же время, когда и мы. То есть буквально за двадцать, по-моему, дней полагается информировать о вводе. И вот, собственно, мы все одновременно узнали и стали думать, что с этим делать.

ЮИ: Хорошо. Варвара, я еще одно уточнение хотел по поводу встречи, потому что насколько я знаю, там жильцов возмутило именно само поведение господина Полякова, типа «привыкнете». Можно поподробнее об этом?
 

ВГ: Да, он и на встрече, и потом еще даже у себя в Фейсбуке писал совершенно безобразные вещи, даже не намекающие, а прямо говорящие, что жители - это какие-то неразумные смерды, и они ничего не знают, у них есть старые привычки, привыкнут к новым привычкам. Я им сделаю новые привычки, вот они к ним тоже привыкнут.

ТГ: Еще он говорил, что ГОСТы, которые разрабатывались для Москвы и для езды по городу, взялись не с потолка, а были результатом глубокого математического анализа, и якобы каждое их действие подкреплено просто невероятными расчетами. И вот мы должны проникнуться этим. И когда ему в ответ люди пытались на основании этих же ГОСТов объяснить, что эти улицы могут существовать и в двустороннем виде, он посчитал эти аргументы ничтожными и продолжал своё.

ВГ: Да, и в принципе он не ответил ни на один конкретный вопрос. Не привел никаких контр-аргументов, не привел никаких нормальных доказательств - просто принес с собой какую-то презентацию с картинками «было-стало». А мы не это требовали.

Татьяна Григорьева, гражданский активист

ЮИ: А скажите, пожалуйста, если есть какое-то отклонение от ГОСТа на тридцать-сорок сантиметров - можно же эту улицу взять и расширить? Такое ведь возможно?

ВГ: Конечно! И когда летом 2016 на Ялтинской происходила замена и асфальта, и бордюрного камня, это можно было сделать.

ТГ: На Ялтинской в 2016 году, а на Артековской меняли в предыдущем.

ВГ: И более того, если учесть, что решение про одностороннюю улицу принималось в марте 2016, то летом 2016 вполне могли сделать ее просто шире.

ТГ: …учесть.

ЮИ: Могли, но просто забыли с вами посоветоваться. У них же есть математическое моделирование.

ВГ: Они не то, что даже забыли, они даже не собирались.

ТГ: Они не могли собираться, потому что вводили одностороннее, чтобы по опыту других районов потом сделать платную парковку. Как же они будут расширять, мы войдем в ГОСТы и что с нами делать? Мы же опять будем ездить по двусторонним улицам. ГОСТ - это просто словесная конструкция господина Полякова, которая должна убедить нас в правильности его математических анализов.

ВГ: А потом еще есть важный момент: есть альтернативные способы облегчить жизнь некоторым, кто действительно жаловался на трудности разъезда с автобусом 163-го маршрута. Есть, например, прекрасный способ: можно напрячь Мосгортранс задуматься о том, как этот маршрут переформатировать. И например уже эксперт Илья Шафранов, живущий в соседнем Зюзино, помог нам и написал обращение своему знакомому руководителю в МГТ. И предложил на нашей части этого маршрута сделать не обычный большой автобус, а маленькую маршрутку.

ТГ: Я скажу больше, несколько месяцев они даже ездили здесь. Но потом, видимо, при такой схеме невозможно было обосновать введение одностороннего движения, и вернули большие автобусы. Теперь они ездят по двое, по трое.

ВГ: Но там не только в этом дело. Там еще дело в том, что есть часть маршрута в Юго-западном округе (от метро «Калужская») и она реально загруженная. Там нужен как раз большой автобус. Просто они решили не напрягаться в том смысле, что не надо пытаться подкрутить всё под нужды и тех жителей, и других…

ТГ: Да, не надо делать комфортнее жителям Нагорного района, а надо сделать комфортнее тем, кто ездит где-то там в районе Калужской.

ЮИ: Так, мы сейчас можем зафиксировать одно: если бы на самом деле речь была о ГОСТах и их соблюдении, то на самом деле можно было расширить на тридцать-сорок сантиметров улицы, и оставить двустороннее.
 

ТГ: Даже этого не требуется. Осевая разметка прерывистая вполне позволяла всё сделать как надо. Нас консультировали и другие специалисты.

ЮИ: Дальше вам следующий «подарочек» прилетел: это Артековская улица. Варвара, расскажи, пожалуйста, как жители узнали о том, что у вас вводят одностороннее на Артековской улице - я имею в виду сюжеты на телевидении.
 

ВГ: О, это было совершенно феерично. Сюжеты на телевидении были, по-видимому, заранее сняты с использованием каких-то непонятных подставных жителей. Возможно, что это были коммунальщики - по крайней мере очень похожи. И они, естественно, все «за и стоя». Это всё якобы так нужно и так удобно, но ни к кому из реально активных жителей не подходили, не звонили, не писали в нашу группу - как иногда бывает, когда эти работники, не хочу их называть журналистами, М24 и иже с ними. Но тут даже этих запросов в группе не было. Просто вышли какие-то ужасные репортажи на московских каналах и, по-моему, еще на России 1 в «Вестях».

ЮИ: Что возмутило больше всего?
 

ВГ: Собственно и возмутило, что подменили мнение жителей и сказали, что это мы же сами якобы и просили, и наконец-то нас «осчастливили», хотя наоборот мы собирали подписи против всего этого безобразия.

ЮИ: То есть это некий элемент троллинга со стороны Правительства Москвы?
 

ВГ: Мне кажется, это элемент не троллинга, а безразличия. У них есть накатанная схема, они там варятся в своём соку. Что-то там постоянно креативят, у них там «творческая самодеятельность». Какие-то решения они спускают вниз, внизу их бросаются реализовывать и нужна информационная поддержка для введения этих решений. Это их стандартный ход, когда снимаются эти дурацкие сюжеты и запускаются в обращение. Это даже не троллинг, это просто безразличие и накатанная схема.

ЮИ: Я бы даже сказал, это цинизм. Татьяна, скажите, пожалуйста, что в итоге изменилось после введения еще и на Артековской одностороннего, облегчилась ли ваша жизнь?
 

ТГ: Последствия такие, что к страдальцам на Ялтинской присоединились еще и страдальцы с Артековской. Мы кружим в одну сторону, они кружат в другую сторону. Поэтому я надеюсь, жители Артековской присоединятся к митингующим жителям Ялтинской и к жителям других улиц, которые пользуются и вынуждены терпеть эти неудобства. Надеюсь, эту нашу позицию ЦОДД услышит наконец: «НАМ НЕУДОБНО!» Я бы еще такую ремарку добавила: есть такой ресурс, абсолютно невосполнимый, - это время. Получается, что от трех до пяти суток в год Поляков крадет у нас вот этим своим решением об одностороннем движении. Даже десять-двенадцать минут перепробега в день дают в год эти несколько дней. А кто-то больше наворачивает круги. Задумайтесь, сколько человеко-часов, человеко-дней Поляков этим решением украл у города, у горожан - за что ему надо сказать «спасибо».

ЮИ: у меня вопрос к Варваре и к Татьяне. То есть вы вместе объединились, сделали этот пикет и, поскольку я там был и разговаривал с людьми, там начали выясняться еще какие-то подробности. Во-первых, расскажите, как вы решили сделать этот пикет и что там выяснилось - по поликлиникам, очень интересная вещь.

ВГ: Как пришла идея - это, наверное, все-таки Таня расскажет.

ТГ: С этим надо было что-то делать. В принципе весь активизм в городе учится тому, что писать можно до посинения, но эффективнее, когда люди выходят на улицы. В таком случае какой-то шанс, что прислушаются, есть. Поскольку была идея к определенному времени привязать, как-то ускорить - ведь 22 марта ввели одностороннее на Артековской. И хотелось бы быстрее, пока люди не начали привыкать к плохому, пока у них яркие впечатления, - чтобы они энергично пришли.

ЮИ: То есть инициатива исходила от вас, Татьяна? А Варвара взялась подать уведомление в префектуру?
 

ВГ: Да, мысль витала в воздухе. Но Танино желание было быстрее.

ЮИ: В итоге, когда люди пришли на пикет, насколько я понимаю, вам удалось собрать около ста тридцати человек…
 

ТГ: Против пятидесяти заявленных.

ЮИ: Что еще удалось выяснить? Насколько я понимаю, там проблема с поликлиниками и со дворами.

ВГ: Я бы даже сказала, что проблема не только с поликлиниками, а к моменту пикета уже стали дежурить в «ловушках» - в местах, где знаки были поставлены с нарушениями, - там стали дежурить гаишники и эвакуаторщики. Они начали активно кормиться. Мало того, что люди у поликлиник не могут теперь остановиться, чтобы выгрузить или высадить инвалида, или коляску с ребенком.

ТГ: В любом случае люди едут в поликлинику не развлекаться, независимо от того, могут они ходить или нет.

ЮИ: Можно подробнее - для тех, кто этого не видит.
 

ВГ: В первую очередь жалуются те, кто привозит совсем маленьких детей. Им нужно остановиться, выйти, открыть дверь, достать люльку, поставить ее на основание коляски, и идут внутрь поликлиники. Пока они всё это делают, кто-то должен присматривать за машиной…

ТГ: Там разрешена остановка, но запрещена парковка. Можно только высадить и уехать. Получается, что если родители приехали вдвоем, еще есть шанс: один родитель идет с ребенком решает вопрос, другой - с машиной. Запаковаться во дворах уже невозможно. Там уже все стоят. И получается, что если вдруг родитель приехал один - он попал.

ВГ: Да, он точно попал. И то же самое в случае очень пожилого человека, или человека, который ногу сломал. Абсолютно то же самое. Как правило, таких людей привозит один человек, и он же должен помочь дойти и там внутри поликлиники.

ТГ: Если они оставили машину на свой страх и риск, то их эвакуируют.

ЮИ: То есть, если нет возможности вдвоём приехать, человек один, без супруга или других родственников, высаживает своих престарелых маму или папу, и дальше что он делает? Он делает круг?

ВГ: Либо круг, либо он оставил машину, где смог.

ТГ: Он пытается найти место, но чтобы потом вернуться ту да же, на исходную позицию, ему в любом случае придется делать круг.

ВГ: И не один иногда.

ТГ: Бывает, что не один. С учетом того, что есть у нас утром «горячая точка» возле школы, этот человек может попасть на получасовую поездку.

ЮИ: По поводу «горячих точек» возле школ, детских садов…
 

ТГ: Они не только там. Есть еще теперь на Чонгарском бульваре эпическая пробка по утрам [в сторону Варшавского шоссе], которая раньше всегда заканчивалась в районе Артековской. Всегда заканчивалась там, а сейчас она продолжается за Ялтинскую. Она удлинилась раз в полтора. Если человек приехал в поликлинику и пошел на круг дальше, он как раз едет создавать эту пробку на Ялтинской.

ВГ: Согласись, что есть еще одно место на Черноморском бульваре - появилась огромная пробка тоже в сторону Варшавки.

ТГ: И на Черноморском, да, в обе стороны.

ВГ: Жители Артековской теперь, чтобы выехать в центр, должны потратить сильно больше получаса.

ТГ: Конечно, они должны объехать либо по Ялтинской, либо по Артековской. В любом случае, они на Черноморке встают.

Варвара Грязнова, гражданский активист
ЮИ: Я слышал еще про конфликты во дворах.

ТГ: О да, соседка даже видела, как женщины чуть ли не дрались от того, что не могли разъехаться в узком дворе.

ВГ: Если раньше в «тяни-толках» редко собиралось более одной машины с каждой стороны, то теперь это постоянная история, по три, по четыре машины - просто потому что люди пытаются объехать улицы, двигающиеся в не нужном людям направлении. А еще конфликты возникают на пешеходных дорогах. Всё из-за того, что Ялтинская и Артековская почти не связаны между Черноморским и Чонгарским бульваром - есть только один проезд у «Ангары» и с него теперь невозможно попасть во двор дома 2 по Ялтинской. Но есть напонятная тропинка за кинотеатром, и просочившись кое-как по ней во двор попасть можно, теперь люди там ездят. Также началась езда по пешеходной дороге, идущей от стоянки домов на Артековской и выходящей к остановке и поликлинике у моего дома 10к1 по Ялтинской. То есть уже неудобства, перепробеги, местами испорчен газон, грязь кругом, люди озлоблены друг на друга, нас специально сталкивают лбами - и всё благодаря глупым решениям ЦОДД.

ЮИ: И в итоге последнее, ответьте каждая на вопрос по-своему: что вы предлагаете делать? И почему вы призываете жителей на митинг - многие ведь говорят: «Ну а что приходить, ведь ничего не изменится». Изменится или нет?

ТГ: У нас так не говорят. Не все, точнее.

ВГ: В деле протеста против дурацких решений, против игнорирования мнений жителей есть только один главный инструмент жителей - это настойчивость.

ТГ: И массовость.

ВГ: Да. Если мы не будем показывать свою настойчивость и что нас всё больше и больше - то есть людей действительно это не устраивает, - вот если это не показывать, то чиновники сочтут: «Ну что ж, проглотили, ура! Поорали несколько человек, ну и отлично, что больше никто не орет. Смирились, как мы и ожидали». Но в этой ситуации, я считаю, смиряться нельзя, потому что всем некомфортно. А еще к тому же нас стали обирать, как бы готовя почву к платной парковке.

ТГ: Некоторые, с кем разговариваешь, отвечают: «А нам нравится!» Но я хочу отметить для тех, кто ратует за безопасность, что по односторонней улице, машины ездят быстрее, и ДТП становится с более печальными последствиями. Иногда лишь на уровне ощущений кажется, что едешь свободно, но если отключить эмоции и подсчитать, то эти несколько секунд стояния за автобусом, которые так не нравились раньше, занимают существенно меньше времени, чем нынешние пробки и нарезание кругов.

ВГ: Более того, если спросить этих людей, что именно им стало удобнее - приезжать домой или выезжать из дома? Потому что мы проанализировали маршруты и поняли, что части жителей (на Артековской) стало неудобно именно выезжать по утрам, а другой части (на Ялтинской) - именно приезжать вечером домой. Это если не касаться поликлиник и общих пробок на бульварах.

ТГ: Слушай, просто исчез «эффект стояния за 163-м автобусом», всё. Остальное они не обсчитывают.

ВГ: Да, и когда спрашиваешь вот про эти подробности, у жителя Артековской: «А сколько времени вы тратите с утра?» - он ответит: «Ой, ну с утра стало хуже, да, я теперь стою». Ну и чему ты рад???

ЮИ: То есть у многих людей отсутствует связь, они думают: «Ну приняли и приняли, ничего сделать невозможно». Я знаю положительный опыт в других районах - они выходили, и у них отменили творчество ЦОДД. Почему надо прийти на митинг, скажите вашим соседям.

ВГ: Если вы НЕ придете 12 апреля на наш митинг в 19:00 у кинотеатра «Ангара» (Чонгарский бульвар, д.7), то сначала вам будет просто некомфортно и периодически вас будут по беспределу обирать гаишники и эвакуаторщики, а потом сюда придет платная парковка, и всем станет очень некомфортно и обирать вас начнут постоянно и уже по букве закона.

ТГ: Я думаю, что прийти надо, чтобы обучить людей, которые принимают решения, что сначала надо людей спрашивать, думать, а потом уже производить какие-то осторожные действия, а может быть и не производить. Не надо нахрапом брать нас. Аккуратно, спросись и деликатные изменения, к тому же не в пользу жителей.

ВГ: Да, здесь же везде люди живут. А чиновники себя ведут как сферические кони в вакууме.

ТГ: По-хозяйски…

ВГ: Да даже не по-хозяйски, просто абстрактно.

ТГ: Да, им этим не пользоваться, на них это не отразится, и им всё равно. Вот надо дать им понять, что нам это неприятно. Чтобы было неприятно им.

ВГ: Знаешь, как это отразится на них? Они получат премию за очередное «успешное осчастливливающие» всё новых улиц в городе.

ТГ: Да, если на митинг придёт больше народу, то они получат другую «премию».

ВГ: Да, это будет прекрасно совершенно, антипремию.

ТГ: Премию «худший чиновник ЦОДД».

ЮИ: То есть этот митинг может показать, что не все жители довольны, не всё так гладко и есть проблемы, на которые нужно обратить внимание и голоса жителей, к которым нужно прислушаться. По другому они не понимают - ведь обратная связь с их стороны была отключена. Вы ее пытаетесь восстановить, да?  

ВГ: Абсолютно!

ТГ: Так и есть.



Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk/



среда, 29 марта 2017 г.

По следам Народных гуляний против коррупции 26 марта 2017

Вид на Пушкинскую площадь / Фото из Twitter @Parfiryeff
В прошедшее воскресенье, 26 марта по всей России прошли акции протеста против коррупции, организованные Алексеем Навальным и его сторонниками, а также огромным количеством простых граждан, не равнодушных к проблеме.
Акция прошла и в Москве на Тверской улице и площадях на ней, несмотря на то, что мэрия Москвы решила отказать в шествии непосредственно по проезжей части Тверской улицы.
К сожалению, имели место жестокие задержания пришедших граждан. Всего, по данным ОВД-Инфо, было задержано 1030 человек.
Традиционные СМИ практически не освещали события и после до сих пор замалчивают их. 
"Московский Активист", напротив, вёл для вас, наших читателей и подписчиков, трансляцию на нашей странице Facebook.

На месте событий также был наш бесстрашный Юрий Иванов, он вёл стрим, сообщал новости и, когда было совсем плохо со связью, снимал в режиме оффлайн. Мы подробнее поговорили с ним о том, что происходило и о впечатлениях.

Варвара Грязнова: Юра, ты в воскресенье был на народных гуляниях в самом центре Москвы.

Юрий Иванов: Да, совершенно верно.

ВГ: Во сколько ты туда приехал?

ЮИ: Началось всё с того, что мы предварительно собрались. Так оказалось, что я был с Владимиром Мировым и его сторонниками. Решил с ними скоординироваться, чтобы прогуляться. Мы собрались в кафе на Рождественке, посидели там минут 15-20, попили кофе, пообщались и выдвинулись в сторону Тверской. Честно говоря, и я, и Владимир были уверены, что, скорее всего, Тверская будет перекрыта, подходы к ней. Мы решили по Камергерскому переулку пройти и выйти на Тверскую улицу. Где-то в 14:15 мы там оказались и я начал стрим. Улица не была перекрыта, даже полиции мы не видели. То, что мы видели, - это такой очень плотный людской траффик и с одной, и с другой стороны. То есть мы вышли на Тверскую улицу, пошли по ней и я увидел в районе здания мэрии какое-то очень большое количество народа с российскими флагами, и я понял, что что-то очень серьёзное происходит.
Мы шли по Тверской. Кирилл Шулика очень неплохо, - мне даже не приходилось ничего говорить, - он очень неплохо вёл трансляцию.

ВГ: Мне кажется, он еще очень здорово попутно комментировал благоустройство.

ЮИ: Да, вот это всё, делал это довольно занятно, и мне практически не приходилось ничего комментировать. Мы подошли к переходу...

ВГ: Это уже на Пушкинской?

ЮИ: Да. Дошли мы без каких-либо приключений. Это всё есть на стриме. Подошли к переходу и увидели, что наземный переход блокирован полицией. Их там очень много было: автобусы, омоновцы, внутренние войска (теперь это "Национальная гвардия" - прим. МА), и всех полиция вежливо приглашала пройти в переход. Как я потом узнал, те, кто проходили в переход и хотели потом выйти у памятника Пушкину, - сделать этого не могли. Потому что выход из перехода там был перекрыт.

ВГ: Ну понятно, по традиции, как они это любят делать.

ЮИ: Да, это был такой "хитрый план": "Проходите, граждане, проходите, не задерживайтесь, вот, пожалуйста, в переход..."

ВГ: То есть блокирование подземных переходов началось практически сразу же?

ЮИ: Да, и я отговорил Владимира и компанию его соратников, которая была с ним, идти туда, потому что я подумал, что у меня сейчас прервётся стрим, как только мы зайдем в переход.

ВГ: Ну как минимум...

ЮИ: И мы решили в районе кинотеатра "Россия" - там есть более коротенький подземный переход, буквально с одной стороны улицы на другую. Мы решили перейти там. Мы там перешли - и тут же трансляция у меня предательски оборвалась. Я пытался несколько раз восстановить, но я понял, что ситуация была точь в точь как на начале шествия памяти Немцова - просто перегружена сота.

ВГ: Но площадь в тот момент была полностью заполнена людьми или еще не совсем?

ЮИ: Ну, когда мы подошли, у памятника Пушкину было заполнено всё, потом то, что называется "зрительские ряды" на ступеньках кинотеатра "Россия", - тоже были заполнены, а вот в районе фонтана как-то было не очень всё заполнено, то есть еще было место. На 50% было все заполнено.

ВГ: А люди сразу стали пытаться повесить что-то на памятник? Или не сразу?



ЮИ: Я сейчас объясню. Когда мы туда пришли, всё, что касается пространства у памятника, было заполнено. Мы не могли разглядеть, что там кто повесил. Я забрался наверх, начал снимать, снял кроссовки там на каком-то фонаре, и сначала было довольно-таки весело: эти кроссовки на фонаре, школьники, которые кричат эти дежурные кричалки про Димона. Я думал, что в этом формате всё и пройдёт. Потом неожиданно для меня эти кричалки про Димона сменились кричалкой "Россия против Путина". Это достаточно мощное впечатление, когда несколько тысяч человек стоят в центре Москвы - причем, не какие-то маргиналы, и не какие-то три калеки с плакатами, а несколько тысяч человек, молодых, хорошо одетых, прилично одетых.
Вот эти молодые лица, эта молодая энергетика, как я их называю, "школота" - они стоят и кричат "Россия против Путина". Причём, кому-то было весело, а кто-то кричал, я видел, у него был праведный гнев на лице. 
"Россия против Путина", "Россия против Путина", прошло тридцать секунд - и в толпу вклинился ОМОН. Сразу после этой кричалки, примерно через тридцать секунд в толпу вклинились "космонавты", я понял, что если я буду находиться на том месте, на котором я находился, а я еще и снимал - но оффлайн, потому что трансляцию невозможно было вести, - нас просто могут завинтить. И я начал кричать Владимиру: "Владимир, винтилово! Вперёд, вперёд! Уходим!" - что-то такое, и мы...как говорится, только пятки сверкали, мы пробежали где-то метров двадцать. Двадцать-тридцать, оказались у фонтана, а вот этот отряд ОМОНа гордо встал на этих ступеньках сверху у памятника Пушкину, как бы выстроился. При этом раздавался свист, какие-то крики, там "Скоты!" и так далее, "Позор!" Тогда же были "свинчены" первые несколько человек. На моих глазах, заломав руки в позе, я не знаю, как это назвать, - когда ему заломали эти руки, - и ведут тринадцатилетнего пацана просто. Он плачет, потому что ему эти руки заломали довольно серьёзно. И его вот так, заломав эти руки, повели к какому-то автобусу. Я ещё тогда сказал Владимиру, что они идиоты, потому что эти кадры обойдут весь мир.

ВГ: Что и получилось.

ЮИ: Да. В принципе полицейским было всё равно. У меня такое впечатление, что это даже
были какие-то подразделения, не приписанные к Москве, как обычно тоже водится.

ВГ: Там на самом деле было и самое "антинародное" подразделение полиции, которое есть в Москве - это "Второй оперативный полк полиции ГУ МВД России по г.Москве". Они живут отдельно, перед такими событиями они живут в специальном городке, просматривают фильмы, политинформация такая, что это всё "Госдеп", "наймиты", какие-то "предатели", "Вас учили на учениях бить пенсионеров? Их не надо жалеть, это не просто пенсионеры, это наймиты. Они ложь пропагандируют, повелись на это и теперь расшатывают, так их и надо". Там очень серьёзная пропаганда, поэтому эти "бойцы", если их ещё можно так назвать, они даже не разговаривают с людьми. Если раньше еще во время Болотных были случаи, когда с ними пытались заговорить, и выяснялось, что не всё так плохо, что протестующие - это не непонятные "чужестранные наймиты", которые ходят на митинги, - то тут их уже обучили, что разговаривать с людьми не надо вообще. Только по приказу хватай, бей.

Задержание протестующего сотрудниками 2-го оперполка / Фото Twitter
ЮИ: Да, я это видел - по поводу бесполезности разговора. Как только мы пробежали часть пути и уже вроде бы остановились и взирали на отряд ОМОНа, который гордо стоял на ступеньках у памятника Пушкину, вниз к нам прорвался какой-то совершенно неадекватный человек в форме полицейского, в каске. Его лицо с трудом умещалось в каску, такое впечатление было, что каска вот-вот разорвётся. Я не знаю, есть ли такие размеры касок вообще, потому что лицо было очень объёмное. И он кричал: "Всем разойтись! Вы сейчас будете арестованы! Все разошлись быстро!" При этом он как-то дубинкой размахивал и бил ею себя по ноге, как я понял, стимулируя себя на какое-то винтилово. Он вот это кричал-кричал, но через пять секунд он понял, что он один в толпе народа. И тут он растерялся, потому что он кричит "Всем разойтись!" - а вокруг него не полиция, а толпа народа, причём, достаточно разъяренного. И никто не расходится. И он куда-то исчез, растворился очень быстро. То есть вот он стоял и кричал "Всем разойтись! Сейчас вы все будете арестованы и задержаны!" - и потом, хоба, - он исчез куда-то, потому что никто не расходился, и никто из его коллег его не поддержал. Коллеги, которые стояли там у памятника, - они тоже через какое-то время, - эта цепочка ОМОНа грозно выглядела, когда они бежали на людей, - они оказались зажаты вот на этих ступеньках тоже среди толпы народа. Не они управляли ситуацией, они стояли растерянно каким-то строем и гуськом тоже пытались ретироваться, потому что вот этот бросок у них не получился, цепочка оказалась разорвана, они не рассчитали силы.

ВГ: То есть это было ровно на какой-то момент в самом начале, я правильно понимаю?

ЮИ: Да, это то, что было на видео, которое мы выложили (с матерными словами). Это первая попытка, именно самая первая попытка разгона, которая не удалась.

ВГ: Но потом просто, судя по тому, как я мониторила твиттер и фейсбук, они стали стягивать с разных сторон подкрепление. И уже это пришедшее подкрепление с разных сторон уже дальше окружало, делило, оттесняло.

Полицейские выстраиваются, чтобы взять контроль над памятником / Фото: Василий Максимов / AFP / Scanpix / LETA
ЮИ: Да, совершенно верно. Им пришлось где-то примерно час собирать те силы, которые действительно могут такую толпу разогнать. Потому что, я так понимаю, что начиная с 2012 года опыта разгона именно таких массовых акций, у них не было. И первая попытка была крайне неудачной, она была смешна. И потом этот отряд ОМОНа куда-то убежал, и люди снова стоят, как будто ничего не произошло. Люди снова стоят у этого памятника. Эту волну людскую они разогнали, но она снова вернулась и снова, как ни в чем не бывало, люди стоят у памятника и ОМОНа никакого нет. И люди опять скандируют. Это было, конечно, удивительно. Потом, конечно, через какое-то время они выработали такую тактику, что они вклиниваются в толпу. Так как это стояли школьники, не обученные в принципе как-то сопротивляться незаконным действиям полиции...я называю эти действия незаконными...

ВГ: Всё правильно...

ЮИ: Законные требования сотрудников полиции мы должны выполнять, но незаконным требованиям никто подчиняться не обязан. И единственное, что могли делать школьники - это разбегаться, и они разбегались.

ВГ: Насколько я понимаю, там были не только школьники. Обошли интернет кадры, где полиция "винтит" и стариков - причём очень жёстко. То есть там было очень много народу, которые вообще действительно были доведены до такой стадии, когда они были готовы выйти на несогласованную акцию, даже с вероятностью "завинтиться" - несмотря на то, что это ещё пока дети, пенсионеры, какие-то люди, которые приехали погостить и потусить изначально, - но в любом случае эти люди не были подготовлены к уличным передрягам.

Полиция пытается снять с фонаря подростков / Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ
ЮИ: Да, это так. И в этом ещё был трогательный момент. Потому что бесстрашие этих школьников меня поражало. Мы на самом деле столько сталкиваемся, - те, кто в протестной среде находится - городской протест, политический, еще какой-то протест, - что всё настолько выверяется, и не дай бог "завинтиться", настолько уже обучены "электрошоком", что на людей рявкнули - и они быстро ушли. Подчас так происходит. А здесь им было весело и страшно, что называется!

ВГ: Ну, гормоны, подростки...

ЮИ: Я на них смотрел и видел, что они не боятся. То есть, может быть, они чего-то и опасаются, но при этом они никуда не хотят уходить. Для меня это было удивительно. То есть они убегали от полицейских, а потом точно так же с улюлюканьем возвращались обратно на то же место.

ВГ: Ну да, для них потом эти селфи на фоне ОМОНа и уж тем более фото, где его утаскивают - это будет предмет гордости в школе.

ЮИ: Да, это была веселуха, и меня удивило два момента. Первый момент: как они "винтят" этих школьников. Эта жестокость была совершенно неоправданна. Можно было просто взять его за руку и повести. Выламывать руки, и когда два человека ведут тринадцатилетнего подростка - для меня это просто необъяснимо. Когда я уже видел окончание "зачистки" Пушкинской площади, - на каком-то этапе я понял, к чему всё идёт, они там почти очистили пространство у памятника, - я понял, что эта методика будет развиваться дальше. Люди будут отбегать, отступать, они будут вытаскивать, и в итоге, как выяснилось, они всех так и отогнали до "России". Не понятно еще, когда они заканчивали "зачистку" - я выложил видео радио "Свобода", - когда там чуть ли не лежачего бьют ногами.

ВГ: Да! Хорошо, что большинство этих случаев были зафиксированы на фото и видео с разных сторон - хотя бы это можно будет предъявить в том же ЕСПЧ. Это днище, конечно. Всегда, когда такое видишь, в этот момент ты понимаешь, что этот человек больше не офицер, не госслужащий, не гражданин, не мужчина, никто. Это просто человек, который должен пойти под суд.


ЮИ: И самое интересное, когда я смотрел эти кадры, где они на одного там, - сейчас посчитаю, сколько их тут было...

ВГ: Пять или шесть.

ЮИ: В общей сложности вокруг этого лежачего десять человек сгруппировалось, пять избивало. Я вспоминаю эту жалкую цепочку, которая стояла и не знала, что им делать.

ВГ: Ну то есть, когда их десять на одного - они знают, что им делать.

ЮИ: Да, когда один или два - они знают, что делать, а когда несколько тысяч стоит и они вклинились поорать "Все разошлись! Разбежались! Сейчас мы вас!.." - и хоба, никто не разбегается, у них весь кураж пропал. Вот эта вот разница - она говорит о мужестве этих людей, да? Что на самом деле они из себя представляют.

ВГ: Абсолютно. Теперь давай немножко аналитики. Наверное, ты знаешь, что в конце XIX и начале XX века начиналось точно такое же агрессивное давление на других школьников - на Феликса Дзержинского, например, на других тоже, из которых потом выросли видные революционеры и которые потом устроили массовый террор у нас в стране. На твой взгляд, история учит чему-то или нет?

ЮИ: Ну этих людей она явно ничему не учит. Когда мы стояли и общались с Владимиром Миловым, я говорил: "Вы понимаете, что сейчас делается история? Такого в Москве не было очень давно". Он согласился. И я говорю: "Почему сейчас такие жалкие попытки разгона? Им банально не хватает личного состава или что?" Он говорит: "И это, и то, что решение принимается где-то на самом верху - жёстко разгонять, или дать, пока оно само рассосётся". Видимо, наверху приняли решение разгонять жёстко. Это совпадение, что через сорок секунд после скандирования "Россия против Путина" они совершили первую попытку - неудачную, - мне почему-то думается, что кто-то там очень плотно это мониторил, чуть ли не в режиме реального времени, прямо на самом-самом верху. Потому что пока были кричалки про Димона - ну покричат, разойдутся, они в каком-то загончике...

Плакаты и наклейки на памятнике Пушкину / Фото: Норвежский Лесной nl.livejournal.com
ВГ: ну и "Димон" уже подставился...

ЮИ: Да, а вот когда начало звучать "Россия против Путина", эта многотысячная толпа, то тут кому-то стало дискомфортно, и последовал приказ с самого-самого верха. Но их, конечно, это ничему не учит. Сейчас уже, если уже эта ситуация их ничему не научит, то я тогда даже не знаю что. У меня были противоречивые чувства. С одной стороны, мне казалось, что это не очень правильно вот так выставлять на передовую школьников - типа, ребята, вот такой флешмоб, и оказаться в автозаке - это тоже флешмоб, и потом через ЕСПЧ 10 000 долларов компенсируют, как они там между собой разговаривали - я смотрел потом видео из автозаков. И мне показалось не совсем правильным.

ВГ: На мой взгляд, там не выставляли специально.

ЮИ: Но по крайней мере, мне кажется, там могло быть побольше организаторского начала. Не стихийного школьного. Может быть, я это не разглядел. Но дело не в этом. А потом я подумал: "А что если в какой-нибудь европейской столице произошло то же самое? Допустим, в Исландии была с премьер-министром история - обвинения в коррупции, люди вышли на улицы. Вот что, если бы это произошло в какой-нибудь европейской столице, скажем, в Берлине, - когда появилась информация о коррумпированности какого-то крупного чиновника, премьер-министра, допустим, и вышла бы молодёжь, вышли бы студенты в центр города, несколько тысяч." И я подумал: "Ёлки-палки, а ведь это же совершенно нормально!"

ВГ: Вот! Во Франции это происходит постоянно.

ЮИ: И с ними бы ничего не сделали, и эти полицейские они бы стояли там, - если бы не началось разбивание витрин и переворачивание машин, - эти полицейские бы скромно стояли и ничего не делали. Это нормально, когда люди выходят на улицу, когда их что-то не устраивает.

ВГ: "Право на восстание"...

В 2013 году полиция Турина снимает каски в знак солидарности с протестующими / Фото http://www.torinotoday.it
ЮИ:  В данном случае поводом стала эта информация [Фонда Борьбы с Коррупцией] о [вероятной] коррумпированности Дмитрия Медведева. И люди вышли именно против этого: их возмутило, что на самом верху сидят люди, которые распределяют деньги - их деньги! - которые говорят, что денег нет, но при этом почему-то у них деньги есть, и они живут совершенно оторванно от реальности. Людей это возмутило и они поняли, что дальше так жить нельзя - и в этом нет ничего, никакого криминала. И тут я понял, что в принципе это нормально. Это у нас это считается ненормальным и жутко опасным. Поэтому так могут крутиться мысли: "Блин, зря школьники вышли". А с другой стороны, они-то в другом немножечко мире выросли. Они может быть, и в Европе бывают каждое лето. Они подумали: "А почему бы нет? Чёрт возьми, почему  мы должны бояться?"

ВГ: Да не просто "Почему мы должны бояться", а например, с трибун митингов в других городах очень часто звучали фразы именно как раз от молодых людей о том, что после университета невозможно найти работу, о том, что непонятно, если ты хочешь сам бизнес открыть, как всё будет, потому что беспредел. Индивидуальный предприниматель сообщил, что каждое 25-е число перечисляет налоги, а потом видит, что с его налогами делают. Люди всё это прекрасно понимают и...

ЮИ: Они понимают, что у них нет будущего.

ВГ: Да, то есть они выходят, потому что им хочется как-то повлиять, чтобы будущее у них всё-таки появилось. И я наконец увидела в действии это поколение, которое выросло уже с соцсетями, с вот этими потоками информации, текущими отовсюду, где надо всё-таки вычленять, что ложь, что правда, что к чему. На твой взгляд, помогут как-то "образумить" этих новых людей уроки "культурной политики" и чего-то подобного. Вот даже появилась новость сегодня, что РПЦ тоже предлагает устраивать подросткам какие-то прогрузы про "демонов". Это "поможет" вообще этому поколению?

ЮИ: Ты имеешь в виду, со стороны власти?

ВГ: Да, в школе их будут, скорее всего, пытаться прогрузить, что всё, что было вчера, - это было неправильно.

Преподаватель Томского университета отчитывает студентов за участие в митинге 26.03.2017 / Кадр из видео YouTube
ЮИ: Ну что я могу сказать, они проснулись слишком поздно. Это поколение, которое в соцсетях уже по 10 лет зависает и телевизор не смотрит. Разве что на Новый год с родителями. Всё остальное время они находятся в соцсетях: YouTube, Facebook, Вконтакте, разные чатики и так далее. И вот эта история со школьниками из Брянска, которых директор пыталась как-то "образумить"...

ВГ: А также история со студентами Московской Консерватории...

ЮИ: Да, она говорит, что они опомнились слишком поздно. Вот эта пропаганда телевизионная - она действует на строго определённый возрастной сегмент. И не только возрастной - там ещё и образовательная история есть. Зачастую это люди без высшего образования, бюджетники, пенсионеры - и вот на них вся эта пропаганда по поводу "белоленточников", "гейропы" ещё может действовать, а на этих ребят - нет. Когда ты рассказывала по поводу того, что многие боятся, что у них нет будущего, они не знают, как им заводить бизнес или где им учиться, - это же тоже всё из соцсетей. Вся эта информация к ним приходит не только через рассказы, а она приходит из соцсетей. Они понимают: "Ёлки-палки, вот у этого бывшего студента нашего ВУЗа был какой-то бизнес и его отняли по беспределу просто".
И они понимают, что бизнес не заведёшь, на нормальную работу не устроишься - потому что там тоже зачастую у нас очень много бизнесов, завязанных на "освоение бюджетных денег". А там по родственному признаку устраивают на работу. Понятно, что эти мальчики не попадут ни в мэрию, ни даже в префектуру, даже если захотят. Никуда не попадут - потому что уже всё схвачено. У них отняли будущее, у них отняли перспективы нормальной жизни. И причина этому - коррупция. 
Так что это промывание мозгов от этих вот училок, которых они, может быть, кстати, видели во время выборов на избирательных участках и видели, может быть, даже какие-то видосики, друг другу пересылали. И когда эта училка, которая участвовала в фальсификации очередных выборов, и её же ученики этот ролик размножили и все посморели, - когда она выходит и начинает им что-то рассказывать по поводу того, что вот Госдеп стоит за всеми протестами,  и что настоящий патриот не протестует, а он смиренно слушает про кольцо врагов и как Россия встает с колен, - они уже в это не верят, им просто смешно. Сейчас бороться за их души, за их умы этим тётенькам уже бесполезно, вот в чём дело. И вчерашняя акция, я думаю, их самих уже убедила в том, что они сила. Вот они.

ВГ: Да. Кстати, тоже очень важный момент, с 2013 года я обнаружила, что "Единая Россия" в Москве уже в последних конвульсиях пытается придумать якобы интересные молодёжные проекты и удивляется, почему же никто не идёт в этот их псевдокомсомол - "молодёжные палаты" при муниципальных собраниях, например. То есть уже тогда было очевидно, что нормальным молодым людям всё это не интересно.

ЮИ: Потому что всё фальшь и ложь. И распил бабла.

ВГ: Вот, вот! И вот именно, что в некоторых молодёжных палатах нередко уже сразу начинается не просто фальшь и ложь, но действительно распил бабла.

ЮИ: Да. И они это всё чувствуют, что это всё не по-настоящему. Они чувствуют, что это всё не за идею, а за какой-то распил очередного бабла, и понятно, что те люди, которые это всё создают, они просто пытаются своих людей напихать в руководящие органы, и понятно, что этим молодым остаётся только роль статистов. "На тебе флаг, иди маршируй, как дурачок".


Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk/


понедельник, 20 марта 2017 г.

Валерий Соловей: "Власть остановится только тогда, когда натолкнется на мощное сопротивление"



Беседовали Варвара Грязнова и Юрий Иванов

Юрий Иванов: Валерий Дмитриевич, добрый день, рады вас видеть.

Валерий Соловей: Взаимно.

ЮИ: С наступающей весной. Она рано в этом году.

ВС: Да, нам в этом году повезло действительно. В Москве острый дефицит солнца и тепла всегда.

ЮИ: Это точно. Валерий Дмитриевич, вот такой вопрос по вашему посту на Facebook. Вы написали, что какие-то надежды, которые возлагались на Трампа, сейчас не оправдываются в связи с каким-то противодействием там внутри Штатов конкретно ему. Что вы имели в виду поконкретнее? Что за противоречия и почему не оправдываются надежды?

ВС: Ну это тот случай, когда цветку надежды не суждено было взойти. Варвара, как опытный садовод и любитель цветов, хорошо знает, как это происходит. Трамп столкнулся практически сразу же с очень мощным противодействием. И отставка генерала Флинна, который в Москве и в частности в Кремле считался человеком, симпатизирующим России - он, конечно, не был никаким «русским агентом», «агентом Путина, Кремля», но он России действительно симпатизировал и некоторые подходы к нему действительно делались. Причем делались они не только с российской стороны, но был еще один посредник, который тоже заинтересован в налаживании отношений между Россией и Соединенными Штатами. В частности, для решения сирийского конфликта и урегулирования ситуации на Ближнем Востоке. Так вот после того, как генерал был отставлен и началась мощная антитрамповская связывающая его с Кремлем кампания в масс-медиа, и все его назначение стали буквально под рентгеном просвечиваться на предмет связей и эти связи стали невообразимо абсолютно приписываться людям, стало понятно, что не стоит особых надежд, вообще возможно, никаких возлагать на прорыв в отношениях.

Майкл Флинн, AFP/Getty Images
Но на что можно надеяться - и на что реалистически вполне, мне кажется, можно надеяться на то, что удастся избежать конфронтации. То есть удастся избежать той самой холодной войны, о которой мы так много говорили еще в прошлом году, которая казалась неотвратимой, то в этом позиция России изменилась. Она не хочет более холодной войны, она предпочла бы холодный мир. Полагаю, что события в общем развиваются для нее не так уж и плохо.
Да, и добавлю еще. С точки зрения Москвы, Трамп повел себя не очень продуктивно вообще в американской политике, умудрившись рассориться сразу с двумя такими влиятельными сообществами, как медиа и национальная разведка. И с точки зрения как раз московских аналитиков, обслуживающих власть, и тех, кто находится в Соединенных Штатах, это конечно кажется очень большой ошибкой и понятно, что ему придется тратить львиную долю своих усилий на разгребание тех завалов, которые он сам же уже создал вокруг себя - но именно во внутриамериканской политике, а не в международных делах.

Варвара Грязнова: Интересно. Наверное передвинемся из Америки в Россию. У нас тут есть новость: Силуанов предложил повысить НДС с 18 до 22%. Естественно, это уже не первая попытка что-то такое заявить, но уже попахивает серьезными последствиями для бизнеса. Повышение НДС автоматически вызовет лавинообразный рост цен почти на все товары в крупных и средних торговых сетях, которые не на «упрощёнке». И, естественно, повысятся цены за услуги очень многих сервисов. На ваш взгляд, это просто очередной креатив ведомств по наполнению бюджета? Или это что-то уже совсем антинародное, может быть, они там уже совсем потеряли разум, весеннее обострение? Как это трактовать вообще?

ВС: В советское время был такой министр финансов Гарбузов, который чуть ли не 20 лет был министром финансов, и ему приписывают такую фразу: он на все просьбы отвечал «Денег нет». Вот Силуанов теперь смело может сказать на любую просьбу, за исключением, наверное, Президента и Кадырова, - «Денег нет». У страны действительно нет денег и это, кстати, как раз перебрасывает мостик между внутренней политикой и внешней - мы не способны к конфронтации, мы не способны к холодной войне, но нам надо наполнять бюджет, выполнять хоть какие-то социальные обязательства и в перспективе рассчитывать на модернизацию. Поскольку цены на нефть низкие, вряд ли будут расти, а скорее будут снижаться, то как отчеканил экс-глава Администрации [Президента] Сергей Иванов, «Люди - это наша новая нефть».
С людей мы всё и возьмём, выжмем. Выжмем всё, что можно, и всё, что нельзя. Поэтому это никакое не весеннее обострение, это последовательная, шаг за шагом реализуемая стратегия. Власть остановится только тогда, когда натолкнется на мощное сопротивление - как это произошло в Белоруссии с законом о тунеядстве. 
Как только там начались массовые волнения - они действительно носят массовый характер, а не спорадический, - тут же закон был де-факто дезавуирован. Формально от него не отказались, но фактически он уже перестал применяться. Нам надо просто иметь в виду, что власть в таких странах, как Россия и Белоруссия, всегда действует эмпирическим методом, она определяет предел терпения, до которого можно дойти, но как только она этот предел превосходит - люди начинают реагировать, когда, с их точки зрения, предел нарушен, уже становится поздно. Вот я думаю, что власть будет так шаг за шагом давить, оказывать давление, плитку перекладывать, разбирать дома, собирать дома, - пока не начнется просто массовое, массовое, абсолютно стихийное недовольство, причем никак не связанное с политикой.
Видите ли, власть в таких режимах, как российский, белорусский, массовое население недолюбливает не за то, что эта власть недостаточно демократична, недостаточно эстетична, недостаточно либеральна - а за то, что она просто не дает жить. 
Она просто берёт за горло всех. И она начинает вызывать раздражение тем, что она создает проблему за проблемой на пустом месте, и люди доходят просто до остервенения. Как с этой плиткой в Москве дошли и с ремонтом перехода в метро и станций метро. Я вот живу в Ясеневе, и у нас протекает переход метро, который только что отремонтировали, потратили несколько месяцев, думаю, до года его ремонтировали. Как только началась оттепель - всё потекло и причем, в большем количестве мест, чем текло до этого. А когда начнут еще сносить девятиэтажки, прошу прощения…

ЮИ: …пятиэтажки…

ВС: …а может и до девятиэтажек дойдут в некоторых лакомых районах, что-то у меня в этом сомнений мало. Так вот мы с вам почувствуем: мы будем ходить в пыли, в мусоре и совершенно очумевшие от того строительного бума, который здесь развернется.

ЮИ: Валерий Дмитриевич, вот как раз по поводу пятиэтажек хотелось бы перескочить. В принципе в плане другой вопрос шел, но вот очень интересно, знаете что? Интересно то, что в принципе попираются уже просто основные вообще нормы, основные права граждан.  Если он живет, скажем, неподалеку от Измайловского парка, ему предлагают какие-то выселки, чуть ли не за МКАД. Он не соглашается. Его выселяют на улицу, а дальше он может годами через суд это обжаловать, находясь на улице, условно говоря. Это уже по-моему совсем запредельные какие-то вещи. 

Снос пятиэтажки в Москве, портал http://zhkhinfo.ru
ВС: Вы правы. Но ведь люди-то не сопротивляются. Я еще раз повторю: власть делает то, что считает нужным, потому что люди не сопротивляются. Она отступает, только когда наталкивается на сопротивление - причём недвусмысленное и очень серьезное. В этом случае она готова остановиться и даже отступить. А пока она видит, что люди готовы терпеть, она будет играть на расколе московского населения, она скажет жителям пятиэтажек: «Ну послушайте, у вас в кои-то веки появился шанс получить качественное, просторное, более проворное, чем то, в котором вы живете, современное жилье». Она успешно расколет жителей…

ВГ: Я бы, честно говоря, здесь немножко уточнила, потому что как раз-таки именно по лужковским программам предполагалось увеличение площади жилья, а вот по собянинской программе это не предполагается.

ВС: А я думаю, что будет предлагаться развилка: если вы хотите получить жилье в том же районе, в котором его снесли, вот вы получаете такое же количество метров. А если вы хотите получить на треть или на половину больше - будьте любезны, выезжайте в «Новую Москву».

ВГ: Эххх!..

ВС: И многие, я не сомневаюсь, на это купятся. Но есть еще другая сторона проблемы. Она состоит в том, что если, скажем, в этом районе жило сто тысяч человек в пятиэтажках, то теперь в нем разместят триста тысяч человек.

ЮИ: Да, и у этих трёхсот тысяч будут автомобили.

ВС: Никто не собирается создавать парки, обширные парковые зоны, озеленять Москву, строить какие-то там рекреационные центры, дворцы культуры - нет-нет-нет! Девелоперы будут впихивать туда жилье, потому что они хотят получать максимальную прибыль. Никаких ограничений у них не будет.

ЮИ: Причём это жильё, Валерий Дмитриевич, будет вызывать новый траффик. Эти триста тысяч - у них же наверняка будут автомобили, вот в чём дело. То есть количество автомобилей со сносом пятиэтажек - если вместо пятиэтажки возникает тридцатиэтажка - автомобилей становится больше, понимаете, в чём дело.

ВС: Мы-то это как раз всё очень хорошо понимаем. Но я абсолютно убеждён, что московской власти на это глубоко с высокой колокольни Ивана Великого.

ВГ: Я хотела еще сказать, что, конечно, девелоперы могут хотеть всего, что угодно, и им иногда удаётся договориться с чиновниками о вот таких долгосрочных условиях сотрудничества, но вообще-то рынок жилья в Москве уже давно стагнирует. И уже дошло до того, что замедляются темпы выдачи ипотечных кредитов, замедляются продажи квартир, действительно рынок стагнирует. Просто у людей уже нет денег и нет возможности брать кредиты, даже в Москве. И стоит куча тысяч квадратных метров нераспроданных, пустые новостройки в том числе уже начали разрушаться.

ВС: Да, но цены-то особо не снижаются. Количество сделок на жилищном рынке уменьшилось, причем уменьшилось в разы, насколько я знаю. И я думаю, как раз подоспеет закон о новом порядке вхождения в гражданство и у нас с вами сразу появится 10 миллионов новых граждан - ну в Москве миллионов 5-6 из числа бывших братских советских республик.

ВГ: Это какой-то новый инсайд от вас? 

ВС: Они могут кишлаком или целым аулом могут 30 человек накопить на одну квартиру, что они, собственно, и делают. Так что на счет увеличения плотности населения у меня сомнений нету. Это побочный, но абсолютно неизбежный продукт этой программы так называемой реновации. Но я думаю, что программа зайдёт в тупик. Думаю, что её будут осуществлять до выборов, а потом мы увидим серьёзные сбои, и я не исключаю ситуации, когда переселенцы будут жить в чём-то типа бараков.

ВГ: «Маневренный фонд» это называют.

ВС: Да, в «маневренном фонде», а шансов переехать в обещанное жильё уже не будет. Это слишком всё дорого. Это даже для Московского бюджета очень дорого. Это беспрецедентная программа. И не видно проблесков экономического улучшения в стране - откуда деньги? Поэтому я полагаю, что это ход, для того чтобы отчасти разогреть рынок жилья (кстати, довольно удачный ход), а отчасти обеспечить лояльность москвичей. Ну и вообще это, наверное, месть высшего верховного руководства России москвичам за волнения 2011-2012 годов. Я, кстати, отношусь к этому вполне серьёзно. Москвичей «питерские» очень не любят, чрезвычайно.

ВГ: Но едут сюда работать!

ВС: Им пришлось бороться за гегемонию, за утверждение здесь, они долго ломали, недолюбливают москвичей, вообще и Россию недолюбливают…

ВГ: То есть это такой современный вариант выжигания Новгорода…

ВС: Антагонизм у Москвы с Питером давнишний, так что бессознательно этот элемент здесь тоже присутствует, а вот покажем ли мы им кузькину, «собянинскую мать»?

ЮИ: Ну конечно, Валерий Дмитриевич, особенно если учесть инаугурацию, которая проходила в зачищенном полностью городе, когда там ехал какой-то кортеж и такое впечатление было, что просто мёртвый какой-то, вымерший город и едет такое…

Кадр из трансляции в день инаугурации Путина в 2012 году, Первый Канал
ВС: Ну да, антиутопия, это были кадры из антиутопии.

ЮИ: У меня возникла музыка из «Звёздных войн»: «Там-там-там там-та-там там-та-там».

ВС: Ну «Имперский марш» действительно напрашивался, я думаю, что в фильме CNN мы и увидим это.

ЮИ: Вот, и здесь я не исключаю, что москвичам хотели отомстить - потому что…

ВС: Да, им мстят, назначением Собянина им точно мстят.

ЮИ: Ну а нам придётся отвечать, что ж поделать.

ВГ: В продолжение этой темы - возможен ли всё-таки в России эволюционный вариант смены власти? Или же властьимущие, закрутив уже все гайки и перетасовав уже все основы жизни - они не оставляют людям никакого шанса, чтобы что-либо изменить в правовом поле? А если, соответственно, эволюция возможна, то каким образом она возможна? Возможно ли оздоровление общества? 

ВС: Я отвечу вам казуистически. Возможен мирный вариант, но невозможен эволюционный. Этот вариант возможен в результате острого политического и социального кризиса. И тогда просто развалится верховная власть в силу тех или иных обстоятельств - для этого, кстати есть очень серьезные причины, - всё это произойдет очень быстро, стремительно, как всегда происходило, без сопротивления и без защиты этой власти. Это трудно назвать эволюционным путем, согласитесь, это путь мирный, но через кризис. Без кризиса в России перемены невозможны.

ЮИ: Понятно. Валерий Дмитриевич, в таком случае ещё вы тут про оттепель говорили (у вас там в Ясенево)

ВС: (смеётся)

ЮИ: Я хотел просто про «оттепель» продолжить. Освобождение Чудновец, Дадина, Севастиди - что это такое все-таки? Многие говорят, что это некое заигрывание с либеральной частью российского общества перед грядущими выборами, такая игра в «доброго царя», и в том числе чтобы создать такое благообразие для Запада перед выборами. Как вы считаете, что это на самом деле?

ВС: Я не рассматриваю это как какую-то более или менее целенаправленную системную политику. Ни о какой «оттепели» говорить не приходится. Речь идет о том, что снимаются наиболее вопиющие эксцессы: вопиющие со всех точек зрения. И с правовой, и с общественной, и с точки зрения здравого смысла и гуманизма.
Полагаю, Сергей Владиленович там в Администрации говорит: «Ну зачем нам раздражать общество еще и вот этим? Ну давайте мы снимем вот эти вопросы. У нас достаточно уже людей сидит, достаточно, и о них никто ничего не знает и не вступается. Надо будет - мы еще посадим». Я могу вас уверить, что осенью мы об этом забудем - что была весной «оттепель». Я вас уверяю, чем ближе к выборам, тем выше будет градус нервозности. 
Тем более что политика в Российской Федерации, как известно, «многобашенная» или «многоподъездная». И далеко не все, даже эти робкие шажки, кажутся приемлемыми и справедливыми. Есть точка зрения, что надо наоборот пугать и бить по головам - чтобы не рыпнулись. И я думаю, что если социальная ситуация ухудшится (а нет причин полагать, что она улучшится, равно как возникнут и политические проблемы, это весьма вероятно), то от этой вот так называемой «оттепели» перейдут к привычной, давно освоенной политике.

ЮИ: То есть это как в картинке Ёлкина - «Это не оттепель, это замах», да? 


"Это не оттепель, это замах", Ёлкин для Deutsche Welle
ВС: Вы знаете, да, я склонен полагать, да. Сейчас на время возобладал здравый смысл. Это именно здравый смысл, это никакая не идеология, никакая не смена повестки, просто здравый смысл, потому что до выборов еще далеко. А вот осенью надо будет определяться - кто пойдет на выборы, как проводить кампанию, и резко усилится нервозность. Резко. Мне сказали буквально в феврале, я процитирую: «Наслаждайтесь, осенью всё изменится. Окно до осени, наслаждайтесь». Давайте, «энджой».

ВГ: То есть получается, сейчас, например, до какого-нибудь Навального Кремлю дела нет? Или они за ним вяло наблюдают…

ВС: Ну Навальный, конечно, очень раздражает некоторых - особенно, Дмитрия Анатольевича.

ВГ: Да уж!

ВС: Но недоброжелатели Дмитрия Анатольевича Медведева, которые бы хотели занять его место, очень довольны. Кстати, обращу внимание, что информация о расследовании Фонда Борьбы с Коррупцией, публиковалась в газетах, которые контролируются Чемезовым и Сечиным.

ЮИ: Это «Собеседник»?

ВС: Нет-нет, я не буду называть эти издания, некоторые из них имеют очень хорошую репутацию.

ВГ: То есть имеется в виду публикация после выхода расследования?

ВС: Да, информация об этом в этих достаточно авторитетных изданиях появлялась. Они освещали. Это очень любопытно. И кстати указывает прямым образом на то, кто сейчас борется за этот пост и кто втайне посылает лучи дружбы и симпатии Алексею Анатольевичу: «Давай-давай, Алексей!» Я хочу уточнить, что это не значит, что Алексей Навальный и Фонд Борьбы с Коррупцией действует по указке этих людей - ничего подобного. Просто в данном случае интересы совпали и вполне понятно - потому что любая разоблачительная антикоррупционная политика тем более привлекает внимание, чем на более высоких персон она направлена.

Кадр из фильма Фонда Борьбы с Коррупцией "Он вам не Димон"

ЮИ: Валерий Дмитриевич, а может ли быть связана отставка Феоктистова с вот этим вот выходом расследования и публикацией в газетах Чемезова и Сечина? Это может быть такой ответный удар из «Роснефти»?

ВС: Я не думаю, что здесь есть такая связь. Я думаю скорее она другая: господину Феоктистов готовят новый пост в ФСБ - достаточно серьезный. Ну побыл в «резерве», выполнил задание. Теперь возвращается в лоно родной организации.

ВГ: Я хотела уточнить, а может быть, еще кто-то из топовых чиновников настолько уязвим, как Дмитрий Анатольевич?

ВС: Да их много, уязвимых, вы прекрасно понимаете. И Фонд Борьбы с Коррупцией время от времени проходился по некоторым из них. Но в данном случае эта фигура вызывает наибольший интерес в качестве Премьера.

ЮИ: Подвопрос по поводу Навального. Последнее время всё чаще разные эксперты стали говорить о том, что его не допустят до выборов - слишком велики риски. Какой точки зрения вы сейчас придерживаетесь исходя из развития ситуации?

ВС: Исходя из того, что я наблюдаю сейчас, и даже исходя из того, что будет происходить в будущем, я не вижу признаков того, что Алексея Анатольевича допустят к участию в президентских выборах. Но он может этого добиться - даже если его не хотят. Для этого нужно организовать массовое давление. Я думаю, что штабы вот с этой целью могут и создаваться - это ведь штабы не только избирательные, но штабы для организованного политического действия. Ну а если будет организовано массовое политическое давление, достаточное для того, чтобы изменить решение верховной власти, - вам не кажется, что это будет означать, что ситуация в России кардинально пошатнулась? Тогда зачем выборы вообще проводить?

ЮИ: Так, понятно. Очень интересно. Последний вопрос, Валерий Дмитриевич. Геополитическая игромания: это то, что меня очень занимает в том плане, что огромное количество ресурсов тратится на создание турбулентности - в Штатах, в Европе, на уровне длительных спецопераций, которые стоят огромное количество денег, при том, что в стране депопуляция, 23 миллиона человек находятся вообще за чертой бедности, и структура корзины питания у огромного количества людей изменилась в сторону «вермишель-картошка». Молоко даже уже по праздникам. При этом ресурсы всё высасываются и высасываются и задействуются для того, чтобы создать турбулентность за рубежом. Как-то им насолить, чтобы они от нас отстали и не мешали здесь этому банкету. Как вы считаете, это долго будет продолжаться? 

ВС: Ну почему, у людей есть понимание того, что «податное население» в России политически бессмысленно и неспособно сопротивляться, поэтому можно делать с ними, что хочешь. А вот те, с кем надо считаться и перед кем надо форсу пустить - это Запад. Это так называемая «политика престижа». Ресурсы, кстати, не столь уж значительные, как вы сказали, хотя они немалы, это правда - учитывая войну в Сирии, присутствие на границе Ливии и Египта, присутствие Донбасса, как факта российской политики, - то есть на круг эта сумма получается изрядная всё равно, я с вами соглашусь. Но люди же позволяют всё это, они позволяют всё это делать.
Проблема-то не в руководстве, которое принимает решения - оно мыслит так, как мыслит, и всегда так мыслило. Просто раньше, до 2014 года, до того, как стали цены на нефть снижаться - это не связано с санкциями, именно цены на нефть были высокие, - денег хватало на всё, сейчас не хватает. 
Вот и выбрали приоритет - приоритет какой? А чтоб на Западе сказали: «Вот кто самый могущественный человек в мире». А что своё население думает - так а куда ему деваться? 86% поддержки есть? Хорошо, 80%. Значит, всё в порядке, им нравится. Вот представьте себя на месте людей, сидящих в Кремле: ну они же терпят, и более того, им нравится. Опросы же показывают, что им нравится, всё в порядке.

ЮИ: Нет, ну если быть откровенным, мы знаем…

ВС: Это традиционная российская политика. Традиционная. Нам надо быть сильными за рубежом, выглядеть властелинами мира и силой, влияющей на этот мир, но плевать, что испытывает население, это неважно.

Б.Обама и В.В.Путин на саммите АТЭС в 2014 году, Дмитрий Азаров/Коммерсантъ
 Но в конечном счете это всегда и губит власть. И этот раз вряд ли станет исключением. Потому что если проблему не решать, то она возьмет тебя за горло. Это известно. И это может произойти гораздо быстрее, чем кажется. На самом деле на внешних аренах у России сейчас нет таких уж серьезных проблем. Запад слаб морально-психологически. Я вот присутствовал на нескольких престижных конференциях, только что вернулся с одной из них, собирались те, кого называют policy makers - делают политику на Западе. Знаете, что они обсуждали? Они не могут увеличить свой военный бюджет до 2%, они не могут. Они говорят там о Путине, об угрозе России, но они не могут решиться хоть чуть-чуть увеличить. Отсутствует политическая воля, отсутствует ясное понимание того, что происходит, поэтому Россию это не очень-то сейчас раздражает, не очень-то пугает. А вот внутренние проблемы - это по-настоящему серьёзно. Но их игнорируют, полагая, что «они же терпят». Вот мы с вами обсуждали Москву. Но «они же терпят»? И буду терпеть еще.

ЮИ: Я сомневаюсь.

ВС: Я тоже сомневаюсь, но пока не попробуешь - не узнаешь, а когда узнаешь - уже поздно.

ВГ: И на этой оптимистической ноте…

ЮИ: Да, Валерий Дмитриевич, спасибо.

ВС: Как обычно, приятно было с вами повидаться.

ВГ: Аналогично! 

ЮИ: И нам тоже. 

ВС: До встречи!


Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk/