среда, 29 марта 2017 г.

По следам Народных гуляний против коррупции 26 марта 2017

Вид на Пушкинскую площадь / Фото из Twitter @Parfiryeff
В прошедшее воскресенье, 26 марта по всей России прошли акции протеста против коррупции, организованные Алексеем Навальным и его сторонниками, а также огромным количеством простых граждан, не равнодушных к проблеме.
Акция прошла и в Москве на Тверской улице и площадях на ней, несмотря на то, что мэрия Москвы решила отказать в шествии непосредственно по проезжей части Тверской улицы.
К сожалению, имели место жестокие задержания пришедших граждан. Всего, по данным ОВД-Инфо, было задержано 1030 человек.
Традиционные СМИ практически не освещали события и после до сих пор замалчивают их. 
"Московский Активист", напротив, вёл для вас, наших читателей и подписчиков, трансляцию на нашей странице Facebook.

На месте событий также был наш бесстрашный Юрий Иванов, он вёл стрим, сообщал новости и, когда было совсем плохо со связью, снимал в режиме оффлайн. Мы подробнее поговорили с ним о том, что происходило и о впечатлениях.

Варвара Грязнова: Юра, ты в воскресенье был на народных гуляниях в самом центре Москвы.

Юрий Иванов: Да, совершенно верно.

ВГ: Во сколько ты туда приехал?

ЮИ: Началось всё с того, что мы предварительно собрались. Так оказалось, что я был с Владимиром Мировым и его сторонниками. Решил с ними скоординироваться, чтобы прогуляться. Мы собрались в кафе на Рождественке, посидели там минут 15-20, попили кофе, пообщались и выдвинулись в сторону Тверской. Честно говоря, и я, и Владимир были уверены, что, скорее всего, Тверская будет перекрыта, подходы к ней. Мы решили по Камергерскому переулку пройти и выйти на Тверскую улицу. Где-то в 14:15 мы там оказались и я начал стрим. Улица не была перекрыта, даже полиции мы не видели. То, что мы видели, - это такой очень плотный людской траффик и с одной, и с другой стороны. То есть мы вышли на Тверскую улицу, пошли по ней и я увидел в районе здания мэрии какое-то очень большое количество народа с российскими флагами, и я понял, что что-то очень серьёзное происходит.
Мы шли по Тверской. Кирилл Шулика очень неплохо, - мне даже не приходилось ничего говорить, - он очень неплохо вёл трансляцию.

ВГ: Мне кажется, он еще очень здорово попутно комментировал благоустройство.

ЮИ: Да, вот это всё, делал это довольно занятно, и мне практически не приходилось ничего комментировать. Мы подошли к переходу...

ВГ: Это уже на Пушкинской?

ЮИ: Да. Дошли мы без каких-либо приключений. Это всё есть на стриме. Подошли к переходу и увидели, что наземный переход блокирован полицией. Их там очень много было: автобусы, омоновцы, внутренние войска (теперь это "Национальная гвардия" - прим. МА), и всех полиция вежливо приглашала пройти в переход. Как я потом узнал, те, кто проходили в переход и хотели потом выйти у памятника Пушкину, - сделать этого не могли. Потому что выход из перехода там был перекрыт.

ВГ: Ну понятно, по традиции, как они это любят делать.

ЮИ: Да, это был такой "хитрый план": "Проходите, граждане, проходите, не задерживайтесь, вот, пожалуйста, в переход..."

ВГ: То есть блокирование подземных переходов началось практически сразу же?

ЮИ: Да, и я отговорил Владимира и компанию его соратников, которая была с ним, идти туда, потому что я подумал, что у меня сейчас прервётся стрим, как только мы зайдем в переход.

ВГ: Ну как минимум...

ЮИ: И мы решили в районе кинотеатра "Россия" - там есть более коротенький подземный переход, буквально с одной стороны улицы на другую. Мы решили перейти там. Мы там перешли - и тут же трансляция у меня предательски оборвалась. Я пытался несколько раз восстановить, но я понял, что ситуация была точь в точь как на начале шествия памяти Немцова - просто перегружена сота.

ВГ: Но площадь в тот момент была полностью заполнена людьми или еще не совсем?

ЮИ: Ну, когда мы подошли, у памятника Пушкину было заполнено всё, потом то, что называется "зрительские ряды" на ступеньках кинотеатра "Россия", - тоже были заполнены, а вот в районе фонтана как-то было не очень всё заполнено, то есть еще было место. На 50% было все заполнено.

ВГ: А люди сразу стали пытаться повесить что-то на памятник? Или не сразу?



ЮИ: Я сейчас объясню. Когда мы туда пришли, всё, что касается пространства у памятника, было заполнено. Мы не могли разглядеть, что там кто повесил. Я забрался наверх, начал снимать, снял кроссовки там на каком-то фонаре, и сначала было довольно-таки весело: эти кроссовки на фонаре, школьники, которые кричат эти дежурные кричалки про Димона. Я думал, что в этом формате всё и пройдёт. Потом неожиданно для меня эти кричалки про Димона сменились кричалкой "Россия против Путина". Это достаточно мощное впечатление, когда несколько тысяч человек стоят в центре Москвы - причем, не какие-то маргиналы, и не какие-то три калеки с плакатами, а несколько тысяч человек, молодых, хорошо одетых, прилично одетых.
Вот эти молодые лица, эта молодая энергетика, как я их называю, "школота" - они стоят и кричат "Россия против Путина". Причём, кому-то было весело, а кто-то кричал, я видел, у него был праведный гнев на лице. 
"Россия против Путина", "Россия против Путина", прошло тридцать секунд - и в толпу вклинился ОМОН. Сразу после этой кричалки, примерно через тридцать секунд в толпу вклинились "космонавты", я понял, что если я буду находиться на том месте, на котором я находился, а я еще и снимал - но оффлайн, потому что трансляцию невозможно было вести, - нас просто могут завинтить. И я начал кричать Владимиру: "Владимир, винтилово! Вперёд, вперёд! Уходим!" - что-то такое, и мы...как говорится, только пятки сверкали, мы пробежали где-то метров двадцать. Двадцать-тридцать, оказались у фонтана, а вот этот отряд ОМОНа гордо встал на этих ступеньках сверху у памятника Пушкину, как бы выстроился. При этом раздавался свист, какие-то крики, там "Скоты!" и так далее, "Позор!" Тогда же были "свинчены" первые несколько человек. На моих глазах, заломав руки в позе, я не знаю, как это назвать, - когда ему заломали эти руки, - и ведут тринадцатилетнего пацана просто. Он плачет, потому что ему эти руки заломали довольно серьёзно. И его вот так, заломав эти руки, повели к какому-то автобусу. Я ещё тогда сказал Владимиру, что они идиоты, потому что эти кадры обойдут весь мир.

ВГ: Что и получилось.

ЮИ: Да. В принципе полицейским было всё равно. У меня такое впечатление, что это даже
были какие-то подразделения, не приписанные к Москве, как обычно тоже водится.

ВГ: Там на самом деле было и самое "антинародное" подразделение полиции, которое есть в Москве - это "Второй оперативный полк полиции ГУ МВД России по г.Москве". Они живут отдельно, перед такими событиями они живут в специальном городке, просматривают фильмы, политинформация такая, что это всё "Госдеп", "наймиты", какие-то "предатели", "Вас учили на учениях бить пенсионеров? Их не надо жалеть, это не просто пенсионеры, это наймиты. Они ложь пропагандируют, повелись на это и теперь расшатывают, так их и надо". Там очень серьёзная пропаганда, поэтому эти "бойцы", если их ещё можно так назвать, они даже не разговаривают с людьми. Если раньше еще во время Болотных были случаи, когда с ними пытались заговорить, и выяснялось, что не всё так плохо, что протестующие - это не непонятные "чужестранные наймиты", которые ходят на митинги, - то тут их уже обучили, что разговаривать с людьми не надо вообще. Только по приказу хватай, бей.

Задержание протестующего сотрудниками 2-го оперполка / Фото Twitter
ЮИ: Да, я это видел - по поводу бесполезности разговора. Как только мы пробежали часть пути и уже вроде бы остановились и взирали на отряд ОМОНа, который гордо стоял на ступеньках у памятника Пушкину, вниз к нам прорвался какой-то совершенно неадекватный человек в форме полицейского, в каске. Его лицо с трудом умещалось в каску, такое впечатление было, что каска вот-вот разорвётся. Я не знаю, есть ли такие размеры касок вообще, потому что лицо было очень объёмное. И он кричал: "Всем разойтись! Вы сейчас будете арестованы! Все разошлись быстро!" При этом он как-то дубинкой размахивал и бил ею себя по ноге, как я понял, стимулируя себя на какое-то винтилово. Он вот это кричал-кричал, но через пять секунд он понял, что он один в толпе народа. И тут он растерялся, потому что он кричит "Всем разойтись!" - а вокруг него не полиция, а толпа народа, причём, достаточно разъяренного. И никто не расходится. И он куда-то исчез, растворился очень быстро. То есть вот он стоял и кричал "Всем разойтись! Сейчас вы все будете арестованы и задержаны!" - и потом, хоба, - он исчез куда-то, потому что никто не расходился, и никто из его коллег его не поддержал. Коллеги, которые стояли там у памятника, - они тоже через какое-то время, - эта цепочка ОМОНа грозно выглядела, когда они бежали на людей, - они оказались зажаты вот на этих ступеньках тоже среди толпы народа. Не они управляли ситуацией, они стояли растерянно каким-то строем и гуськом тоже пытались ретироваться, потому что вот этот бросок у них не получился, цепочка оказалась разорвана, они не рассчитали силы.

ВГ: То есть это было ровно на какой-то момент в самом начале, я правильно понимаю?

ЮИ: Да, это то, что было на видео, которое мы выложили (с матерными словами). Это первая попытка, именно самая первая попытка разгона, которая не удалась.

ВГ: Но потом просто, судя по тому, как я мониторила твиттер и фейсбук, они стали стягивать с разных сторон подкрепление. И уже это пришедшее подкрепление с разных сторон уже дальше окружало, делило, оттесняло.

Полицейские выстраиваются, чтобы взять контроль над памятником / Фото: Василий Максимов / AFP / Scanpix / LETA
ЮИ: Да, совершенно верно. Им пришлось где-то примерно час собирать те силы, которые действительно могут такую толпу разогнать. Потому что, я так понимаю, что начиная с 2012 года опыта разгона именно таких массовых акций, у них не было. И первая попытка была крайне неудачной, она была смешна. И потом этот отряд ОМОНа куда-то убежал, и люди снова стоят, как будто ничего не произошло. Люди снова стоят у этого памятника. Эту волну людскую они разогнали, но она снова вернулась и снова, как ни в чем не бывало, люди стоят у памятника и ОМОНа никакого нет. И люди опять скандируют. Это было, конечно, удивительно. Потом, конечно, через какое-то время они выработали такую тактику, что они вклиниваются в толпу. Так как это стояли школьники, не обученные в принципе как-то сопротивляться незаконным действиям полиции...я называю эти действия незаконными...

ВГ: Всё правильно...

ЮИ: Законные требования сотрудников полиции мы должны выполнять, но незаконным требованиям никто подчиняться не обязан. И единственное, что могли делать школьники - это разбегаться, и они разбегались.

ВГ: Насколько я понимаю, там были не только школьники. Обошли интернет кадры, где полиция "винтит" и стариков - причём очень жёстко. То есть там было очень много народу, которые вообще действительно были доведены до такой стадии, когда они были готовы выйти на несогласованную акцию, даже с вероятностью "завинтиться" - несмотря на то, что это ещё пока дети, пенсионеры, какие-то люди, которые приехали погостить и потусить изначально, - но в любом случае эти люди не были подготовлены к уличным передрягам.

Полиция пытается снять с фонаря подростков / Фото: Александр Миридонов / Коммерсантъ
ЮИ: Да, это так. И в этом ещё был трогательный момент. Потому что бесстрашие этих школьников меня поражало. Мы на самом деле столько сталкиваемся, - те, кто в протестной среде находится - городской протест, политический, еще какой-то протест, - что всё настолько выверяется, и не дай бог "завинтиться", настолько уже обучены "электрошоком", что на людей рявкнули - и они быстро ушли. Подчас так происходит. А здесь им было весело и страшно, что называется!

ВГ: Ну, гормоны, подростки...

ЮИ: Я на них смотрел и видел, что они не боятся. То есть, может быть, они чего-то и опасаются, но при этом они никуда не хотят уходить. Для меня это было удивительно. То есть они убегали от полицейских, а потом точно так же с улюлюканьем возвращались обратно на то же место.

ВГ: Ну да, для них потом эти селфи на фоне ОМОНа и уж тем более фото, где его утаскивают - это будет предмет гордости в школе.

ЮИ: Да, это была веселуха, и меня удивило два момента. Первый момент: как они "винтят" этих школьников. Эта жестокость была совершенно неоправданна. Можно было просто взять его за руку и повести. Выламывать руки, и когда два человека ведут тринадцатилетнего подростка - для меня это просто необъяснимо. Когда я уже видел окончание "зачистки" Пушкинской площади, - на каком-то этапе я понял, к чему всё идёт, они там почти очистили пространство у памятника, - я понял, что эта методика будет развиваться дальше. Люди будут отбегать, отступать, они будут вытаскивать, и в итоге, как выяснилось, они всех так и отогнали до "России". Не понятно еще, когда они заканчивали "зачистку" - я выложил видео радио "Свобода", - когда там чуть ли не лежачего бьют ногами.

ВГ: Да! Хорошо, что большинство этих случаев были зафиксированы на фото и видео с разных сторон - хотя бы это можно будет предъявить в том же ЕСПЧ. Это днище, конечно. Всегда, когда такое видишь, в этот момент ты понимаешь, что этот человек больше не офицер, не госслужащий, не гражданин, не мужчина, никто. Это просто человек, который должен пойти под суд.


ЮИ: И самое интересное, когда я смотрел эти кадры, где они на одного там, - сейчас посчитаю, сколько их тут было...

ВГ: Пять или шесть.

ЮИ: В общей сложности вокруг этого лежачего десять человек сгруппировалось, пять избивало. Я вспоминаю эту жалкую цепочку, которая стояла и не знала, что им делать.

ВГ: Ну то есть, когда их десять на одного - они знают, что им делать.

ЮИ: Да, когда один или два - они знают, что делать, а когда несколько тысяч стоит и они вклинились поорать "Все разошлись! Разбежались! Сейчас мы вас!.." - и хоба, никто не разбегается, у них весь кураж пропал. Вот эта вот разница - она говорит о мужестве этих людей, да? Что на самом деле они из себя представляют.

ВГ: Абсолютно. Теперь давай немножко аналитики. Наверное, ты знаешь, что в конце XIX и начале XX века начиналось точно такое же агрессивное давление на других школьников - на Феликса Дзержинского, например, на других тоже, из которых потом выросли видные революционеры и которые потом устроили массовый террор у нас в стране. На твой взгляд, история учит чему-то или нет?

ЮИ: Ну этих людей она явно ничему не учит. Когда мы стояли и общались с Владимиром Миловым, я говорил: "Вы понимаете, что сейчас делается история? Такого в Москве не было очень давно". Он согласился. И я говорю: "Почему сейчас такие жалкие попытки разгона? Им банально не хватает личного состава или что?" Он говорит: "И это, и то, что решение принимается где-то на самом верху - жёстко разгонять, или дать, пока оно само рассосётся". Видимо, наверху приняли решение разгонять жёстко. Это совпадение, что через сорок секунд после скандирования "Россия против Путина" они совершили первую попытку - неудачную, - мне почему-то думается, что кто-то там очень плотно это мониторил, чуть ли не в режиме реального времени, прямо на самом-самом верху. Потому что пока были кричалки про Димона - ну покричат, разойдутся, они в каком-то загончике...

Плакаты и наклейки на памятнике Пушкину / Фото: Норвежский Лесной nl.livejournal.com
ВГ: ну и "Димон" уже подставился...

ЮИ: Да, а вот когда начало звучать "Россия против Путина", эта многотысячная толпа, то тут кому-то стало дискомфортно, и последовал приказ с самого-самого верха. Но их, конечно, это ничему не учит. Сейчас уже, если уже эта ситуация их ничему не научит, то я тогда даже не знаю что. У меня были противоречивые чувства. С одной стороны, мне казалось, что это не очень правильно вот так выставлять на передовую школьников - типа, ребята, вот такой флешмоб, и оказаться в автозаке - это тоже флешмоб, и потом через ЕСПЧ 10 000 долларов компенсируют, как они там между собой разговаривали - я смотрел потом видео из автозаков. И мне показалось не совсем правильным.

ВГ: На мой взгляд, там не выставляли специально.

ЮИ: Но по крайней мере, мне кажется, там могло быть побольше организаторского начала. Не стихийного школьного. Может быть, я это не разглядел. Но дело не в этом. А потом я подумал: "А что если в какой-нибудь европейской столице произошло то же самое? Допустим, в Исландии была с премьер-министром история - обвинения в коррупции, люди вышли на улицы. Вот что, если бы это произошло в какой-нибудь европейской столице, скажем, в Берлине, - когда появилась информация о коррумпированности какого-то крупного чиновника, премьер-министра, допустим, и вышла бы молодёжь, вышли бы студенты в центр города, несколько тысяч." И я подумал: "Ёлки-палки, а ведь это же совершенно нормально!"

ВГ: Вот! Во Франции это происходит постоянно.

ЮИ: И с ними бы ничего не сделали, и эти полицейские они бы стояли там, - если бы не началось разбивание витрин и переворачивание машин, - эти полицейские бы скромно стояли и ничего не делали. Это нормально, когда люди выходят на улицу, когда их что-то не устраивает.

ВГ: "Право на восстание"...

В 2013 году полиция Турина снимает каски в знак солидарности с протестующими / Фото http://www.torinotoday.it
ЮИ:  В данном случае поводом стала эта информация [Фонда Борьбы с Коррупцией] о [вероятной] коррумпированности Дмитрия Медведева. И люди вышли именно против этого: их возмутило, что на самом верху сидят люди, которые распределяют деньги - их деньги! - которые говорят, что денег нет, но при этом почему-то у них деньги есть, и они живут совершенно оторванно от реальности. Людей это возмутило и они поняли, что дальше так жить нельзя - и в этом нет ничего, никакого криминала. И тут я понял, что в принципе это нормально. Это у нас это считается ненормальным и жутко опасным. Поэтому так могут крутиться мысли: "Блин, зря школьники вышли". А с другой стороны, они-то в другом немножечко мире выросли. Они может быть, и в Европе бывают каждое лето. Они подумали: "А почему бы нет? Чёрт возьми, почему  мы должны бояться?"

ВГ: Да не просто "Почему мы должны бояться", а например, с трибун митингов в других городах очень часто звучали фразы именно как раз от молодых людей о том, что после университета невозможно найти работу, о том, что непонятно, если ты хочешь сам бизнес открыть, как всё будет, потому что беспредел. Индивидуальный предприниматель сообщил, что каждое 25-е число перечисляет налоги, а потом видит, что с его налогами делают. Люди всё это прекрасно понимают и...

ЮИ: Они понимают, что у них нет будущего.

ВГ: Да, то есть они выходят, потому что им хочется как-то повлиять, чтобы будущее у них всё-таки появилось. И я наконец увидела в действии это поколение, которое выросло уже с соцсетями, с вот этими потоками информации, текущими отовсюду, где надо всё-таки вычленять, что ложь, что правда, что к чему. На твой взгляд, помогут как-то "образумить" этих новых людей уроки "культурной политики" и чего-то подобного. Вот даже появилась новость сегодня, что РПЦ тоже предлагает устраивать подросткам какие-то прогрузы про "демонов". Это "поможет" вообще этому поколению?

ЮИ: Ты имеешь в виду, со стороны власти?

ВГ: Да, в школе их будут, скорее всего, пытаться прогрузить, что всё, что было вчера, - это было неправильно.

Преподаватель Томского университета отчитывает студентов за участие в митинге 26.03.2017 / Кадр из видео YouTube
ЮИ: Ну что я могу сказать, они проснулись слишком поздно. Это поколение, которое в соцсетях уже по 10 лет зависает и телевизор не смотрит. Разве что на Новый год с родителями. Всё остальное время они находятся в соцсетях: YouTube, Facebook, Вконтакте, разные чатики и так далее. И вот эта история со школьниками из Брянска, которых директор пыталась как-то "образумить"...

ВГ: А также история со студентами Московской Консерватории...

ЮИ: Да, она говорит, что они опомнились слишком поздно. Вот эта пропаганда телевизионная - она действует на строго определённый возрастной сегмент. И не только возрастной - там ещё и образовательная история есть. Зачастую это люди без высшего образования, бюджетники, пенсионеры - и вот на них вся эта пропаганда по поводу "белоленточников", "гейропы" ещё может действовать, а на этих ребят - нет. Когда ты рассказывала по поводу того, что многие боятся, что у них нет будущего, они не знают, как им заводить бизнес или где им учиться, - это же тоже всё из соцсетей. Вся эта информация к ним приходит не только через рассказы, а она приходит из соцсетей. Они понимают: "Ёлки-палки, вот у этого бывшего студента нашего ВУЗа был какой-то бизнес и его отняли по беспределу просто".
И они понимают, что бизнес не заведёшь, на нормальную работу не устроишься - потому что там тоже зачастую у нас очень много бизнесов, завязанных на "освоение бюджетных денег". А там по родственному признаку устраивают на работу. Понятно, что эти мальчики не попадут ни в мэрию, ни даже в префектуру, даже если захотят. Никуда не попадут - потому что уже всё схвачено. У них отняли будущее, у них отняли перспективы нормальной жизни. И причина этому - коррупция. 
Так что это промывание мозгов от этих вот училок, которых они, может быть, кстати, видели во время выборов на избирательных участках и видели, может быть, даже какие-то видосики, друг другу пересылали. И когда эта училка, которая участвовала в фальсификации очередных выборов, и её же ученики этот ролик размножили и все посморели, - когда она выходит и начинает им что-то рассказывать по поводу того, что вот Госдеп стоит за всеми протестами,  и что настоящий патриот не протестует, а он смиренно слушает про кольцо врагов и как Россия встает с колен, - они уже в это не верят, им просто смешно. Сейчас бороться за их души, за их умы этим тётенькам уже бесполезно, вот в чём дело. И вчерашняя акция, я думаю, их самих уже убедила в том, что они сила. Вот они.

ВГ: Да. Кстати, тоже очень важный момент, с 2013 года я обнаружила, что "Единая Россия" в Москве уже в последних конвульсиях пытается придумать якобы интересные молодёжные проекты и удивляется, почему же никто не идёт в этот их псевдокомсомол - "молодёжные палаты" при муниципальных собраниях, например. То есть уже тогда было очевидно, что нормальным молодым людям всё это не интересно.

ЮИ: Потому что всё фальшь и ложь. И распил бабла.

ВГ: Вот, вот! И вот именно, что в некоторых молодёжных палатах нередко уже сразу начинается не просто фальшь и ложь, но действительно распил бабла.

ЮИ: Да. И они это всё чувствуют, что это всё не по-настоящему. Они чувствуют, что это всё не за идею, а за какой-то распил очередного бабла, и понятно, что те люди, которые это всё создают, они просто пытаются своих людей напихать в руководящие органы, и понятно, что этим молодым остаётся только роль статистов. "На тебе флаг, иди маршируй, как дурачок".


Подписывайтесь на нашу страничку в Facebook: https://www.facebook.com/activist.msk/