 |
| Александр Кынев / Фото: Facebook А.Кынева |
Юрий Иванов: Вот у нас грядут мэрские выборы. Учитывая, что продолжается политическая зачистка, вы высказали такое мнение, что лучше, чтобы на выборы шли несколько оппозиционных кандидатов - от КПРФ, от демократического фланга, от «Яблока» - дескать, главное ввязаться в драку, а потом разберёмся. И в этой связи первый вопрос к вам, Александр: а какой резон власти всех этих людей допускать до выборов, когда весь муниципальный фильтр под её контролем?
Александр Кынев: Смотрите, во-первых, стратегия всегда должна идти от избирательной системы, это ключевой фактор. Именно поэтому, кстати, на президентских выборах, где шанса на второй тур не было, это была другая история. Всё-таки Москва и выборы мэра - случай несколько другой. Во-первых, это система абсолютного большинства - чтобы мэр был избран, он должен набрать более 50% голосов. А на выборах в Государственную думу - система относительного большинства. Там достаточно занять первое место, пускай даже с перевесом в один голос. Проходит тот, кто занял первое место. Поэтому на выборах в Госдуму крайне эффективны спойлеры по округам, которые раскалывают электорат и действительно побеждает тот, кто больше консолидирован.
 |
| В 2016 в ряде округов оппозиционные кандидаты не договорились, и в Госдуму прошли единороссы |
Там желательно идти одной колонной, чтобы не было двадцать пять кандидатов от оппозиции - и тогда шансы повышаются. На выборах двухтуровых, когда есть шанс второго тура, наоборот - чем больше сильных кандидатов ведёт кампанию по привлечению сторонников на участки, тем выше шансы, что состоится второй тур, потому что понятно, что у власти есть вполне определённый исчерпанный круг сторонников. Они их мобилизуют по спискам управ, через собесы и так далее. Тактика простая: наши должны прийти, а остальные пускай сидят дома, кандидаты должны быть неяркие, желательно, одиозные, маргинальные, и тогда, как показывает практика, явка около 30% (в регионах она колеблется, на выборах губернаторов она может быть и до 40%) и большинство пришедших - это провластные люди.
Этот базис конформистов и зависимых категорий дополняют где-то фальсификациями, где-то чем-то еще, так и получается «уверенная победа».
Показательно, что у нас по регионам сейчас губернаторы меняются, а процент - нет. Если никому не известный человек получает столько же, сколько до него получал работавший много лет, это говорит о том, что это не персональная поддержка, что произошла деперсонификация, это админресурс в чистом виде. Именно поэтому при такой избирательной системе крайне важно, чтобы на выборы шли яркие кандидаты.
Такое ощущение, что сейчас у демократической оппозиции, у тех, кто ведёт кампанию для выборов мэра, видимо, в голове настолько засели думские выборы, что они совсем не понимают, что избирательная система на выборах мэра абсолютно другая. Здесь совершенно другая логика.
 |
| С.Митрохин на митинге / Фото: Московское Яблоко |
Как в таких условиях преодолевать муниципальный фильтр? Очень просто. Главное - это общественная кампания, которую вы ведете в городе в расчете на мнение горожан. Муниципальный фильтр - это следствие вашего реального рейтинга и общественного настроения в городе. За все эти годы случаев, когда власть «через колено» не регистрировала бы действительно популярного кандидата, который вёл кампанию - их довольно немного. Когда руководители пытаются договориться по-хорошему, там предлагают кучу каких-нибудь замен, либо какие-то силовые сценарии - человеку дают срок, чтобы он не мог баллотироваться (как у Алексея Навального сейчас нет возможности баллотироваться). Но случаев, когда бы шло несколько кандидатов, и их всех не зарегистрировали - такого не было. То есть обычно есть один, кого не регистрируют - как Ройзмана.
В чём плюс того, когда есть несколько сильных кандидатов? В том, что всем не откажешь. Если было три-четыре кандидата и никого не пустили, то можно сказать, что на моменте отказа эта кампания публично закончилась, с точки зрения репутации.
Особенно для Москвы репутация имеет колоссальное значение. Может быть, в Еврейской автономной области какой-нибудь, или в Курганской губернатору всё равно, какая будет репутация - про это область никто не пишет, внимания не обращает и фамилию губернатора, кроме экспертов, никто в Москве не помнит. С мэром Москвы ситуация абсолютно другая. Мэр Москвы - это первая лига российской политики. Это человек, который в силу должности всегда и везде будет восприниматься как один из самых влиятельных в стране, и ему проводить позорные выборы просто нельзя. Поэтому здесь должна быть красивая картинка. Она предполагает и то, чтобы не было явных скандалов, которые могут поставить под сомнение честность этих выборов. Отказ в регистрации сильных кандидатов - это как раз такая история. Поэтому нужно вести реальные сильные кампании, не просто в блогосфере, а реальную кампанию среди населения, с интервью, с листовками, с публичными акциями…
ЮИ: До регистрации?
АК: Абсолютно! Как раз пример кампании Навального очень показателен. Нужно делать то, что невозможно игнорировать. Даже если вас не регистрируют, это уже автоматически станет вопросом репутации этих выборов. Поэтому я думаю, что всем кандидатам нужно вести кампанию - и Дмитрию Гудкову, и Илье Яшину, и другим и не собачиться. То, что снижает явку избирателей - это когда вы начинаете взаимные информационные войны, когда вы или ваши сторонники начинаете кампании разоблачений, не с властью начинаете бороться, а начинаете поливать помоями друг друга. В результате вы разрушаете собственный электорат. Вы создаете у людей ощущение, что голосовать не за кого. Не бывает такого, что на голову одного грязь вылили, а на других не попало.
Кампании информационных войн всегда обоюдоострые. Они поражают всех, они ведут к общему нигилизму, к деморализации, и в результате люди не приходят на выборы.
Кстати, на президентских выборах чернушная кампания против Грудинина нанесла удар не только по Грудинину. Она нанесла ущерб и всем остальным тоже. В этом смысле желательно воздержаться от всевозможных выяснений отношений, вспоминания обид, кто как кому чего обещал или кто что сказал. Дело у всех общее, все защищают интересы города. Да, у каждого есть свои амбиции, но было бы странно, если у политиков не было бы амбиций, иначе они политиками не были бы.
 |
| Дмитрий Гудков и Илья Яшин |
Надо понимать, что главная цель - это максимальная явка на участки людей, которым не нравится то, что происходит в городе, и попытаться таким образом снизить процент действующей власти, попытаться добиться ситуации со вторым туром. Я считаю, что эта задача реальна при нормальной кампании, когда действительно каждый борется за победу, а не за то, чтобы побольше нанести урона коллегам по демократическому или в целом оппозиционному полю.
Варвара Грязнова: Александр, тогда такой подвопрос на эту же тему: получается так, что каждый кандидат…нет единого кандидата на демократическом фланге - их несколько, как минимум, три - это «Яблоко», Яшин и Гудков, - получается, что они все будут соревноваться, кто лучше проведет кампанию, того, вроде как, неудобно будет не зарегистрировать. А не лучше бы было…понимаете, кампания могла бы быть гораздо мощнее, если бы был один кандидат, а не три?
АК: Я еще раз объясняю ситуацию. У каждого кандидата есть свои фанаты, сторонники. Если вы без всяких выборов о чем-то договорились при такой избирательной системе, значительная часть сторонников этих кандидатов вообще не придет на выборы. Почему вы решили, что они пойдут за вас голосовать? Люди - это не мешок с картошкой, который куда поставили, там и будет стоять. У людей есть собственная точка зрения, свой взгляд. Вряд ли команда Яшина будет всерьёз работать на Гудкова. Да, они могут договориться, но команды работать не будут. Те люди, которые могли бы дополнительно приводить других людей, просто ничего не будут делать. Поэтому, с точки зрения общего успеха при такой избирательной системе, полезнее, чтобы каждая команда работала сама по себе и вела собственную кампанию мобилизации. Тогда получается кумулятивный эффект: одни работают и приводят своих, вторые агитируют - тоже приводят своих, третьи и так далее. Как показывает практика, словесная поддержка без реальной работы мало что даёт.
ВГ: Понятно. Вот ещё такой вопрос: как вы относитесь к мнению о том, что выборы в их нынешнем виде - это не более чем способ легитимизации режима?
АК: Любые выборы в любой стране - это способ легитимизации режима. Легитимность, как известно, бывает либо от бога - тогда это монархия, либо легитимность бывает от избирателей, от народа. Всё остальное - это самозахват власти, и он считается дурной практикой, потому что никакой легитимности не даёт. Легитимность через силу - временная. Она держится только на страхе и больше ни на чём. Легитимность процедур предполагает выборы.
ЮИ: Нет, Александр, мы немножечко о другом говорим. Мы имели в виду схему как в африканских странах, когда в принципе у представителей оппозиции, по большому счёту, шансов нет. Имеет место предварительный отбор, недопуск к СМИ, нерегистрация и так далее. То есть это «выборы» с заранее известным результатом.
ВГ: Да, куда ни ткни - всё равно ты получишь условного Собянина.
АК: Ну смотрите, я думаю, что ситуация, когда «базовый» кандидат получает 70% и когда он получает 51%, как было в 2013 году, - это абсолютно разные ситуации. Если вы заинтересованы в том, чтобы ваше мнение имело значение, ваш кандидат должен получить процент побольше, а власть, с которой вы боретесь, должна в этой ситуации выступить хуже. Я думаю, что ситуация в Москве отличается от президентских выборов: тут изначально речь не идет ни о каких фантастических процентах рейтинга. Не понятно, откуда им взяться. Никакого обожания нет. Где эти фанаты московской власти? Что-то они не видны.
 |
| Митинг против реновации 14 мая 2017 / Фото: REGNUM |
В 2013 году, когда экономическая ситуация была на порядок лучше, когда и курс рубля к доллару был другим, зарплаты у людей были другие, цены были другие, возможности были другие - даже тогда был всего 51% с копейками. Сейчас ситуация в городе на порядок хуже, людям стало намного тяжелее жить, степень позитивных ожиданий в 2013 году и сейчас несопоставима, поэтому главное в такой ситуации - это действительно не собачиться. Кстати, я абсолютно убежден, что значительная часть людей, которые в таких условиях занимаются тем, что всё своё время тратят на борьбу с оппонентами и пишут бесконечные посты с оскорблениями против Гудкова, Яшина или кого-то ещё - эти люди просто на задании, на содержании. Эти люди, скорее всего, просто работают на пиар-заказе.
ВГ: А вот, на ваш взгляд, Максим Кац и то, что он делает в «Яблоке», - это может быть таким пиар-заказом?
АК: Я не буду называть конкретных имён, каждый выводы сделает сам.
 |
По итогам муниципальных выборов в Москве в 2017 году большинство муниципалитетов под
полным контролем "Единой России" |
ЮИ: Скажите, пожалуйста, возможен ли такой вариант, что власть регистрирует Гудкова, регистрирует Митрохина, но не регистрирует Яшина, и возможно ли, что Яшин после этого берёт и призывает к бойкоту?
АК: Я думаю, что всё возможно, давайте посмотрим, что будет. Я как раз призвал бы, насколько я в силах, всех игроков думать не только о личном месте в демократическом движении по итогам выборов, но и думали об интересах города тоже. Здесь влияет всё: где-то подыгрывает власть, где-то влияют личные амбиции, где-то влияют амбиции соратников, которым не хотелось бы, чтобы кто-то слишком усиливался, и так далее. Это такой очень сложный пасьянс. Конечно, власть будет смотреть на этот пасьянс и выбирать для себя вариант получше. Очень может быть, что она выберет, кто ей более приятен, кто менее приятен, у кого больше возможностей нарастить антирейтинг, а у кого они меньше. И конечно, она будет заниматься тем, что по возможности она будет помогать внутренним конфликтам, будет их стимулировать, будет вести кампанию в расчёте на то, что даже если всех зарегистрируют - пускай они занимаются борьбой друг с другом. Тогда это не будет кампания разной оппозиции против городской власти, а это будет кампания, где городская власть мобилизует своих, рассказывает о великих достижениях и огромных планах, а оппозиция занимается тем, что бегает, с пеной у рта разоблачая друг друга.
 |
| С.Собянин и другие члены "Единой России" пилят на субботнике / Фото: пресс-служба Мэрии Москвы |
ЮИ: То есть я правильно понимаю, что у власти сейчас основная цель будет такая, чтобы загнать в этот «ринг» и заставить бороться в грязи всех остальных кандидатов, а она будет в выигрыше?
АК: Да, абсолютно. Я думаю, что это главный и базовый сценарий.
ЮИ: Последний вопрос - по поводу выборов в МГД. Как вы оцениваете, что мэрские выборы могут быть неплохим стартом для некоторых, для того же Яшина, чтобы потом выдвинуться в депутаты Московской городской думы?
АК: Я думаю, что это может быть для всех такой площадкой. Но на самом деле я считаю, что нужно требовать изменения правил выборов в Московскую городскую думу. Я считаю, нужно требовать возвращения смешанной системы, потому что Москва - город политизированный. Когда речь идёт о более дифференцированных регионах - одномандатные округа имеют значение. Но всё-таки в Москве нет таких колоссальных различий между районами. Москва - это город, где население перемешано, где люди, как правило, живут в одном районе, живут - в другом и перемещаются. Искусственно привязывать человека и заставлять голосовать в Тёплом Стане, а реально его волнуют проблемы, скажем, Красной Пресни, - в этом есть большой элемент натяжки. Москва - это всё-таки единый организм. Я считаю, что в крупных городах голосование по партийным спискам абсолютно оправданно и смешанная система для Москвы была бы оптимальной.
 |
| Нынешний состав Мосгордумы - абсолютное большинство у "Единой России" |
Округа в городе для того и сделаны, чтобы у оппозиции не было шансов, потому что при системе в один тур побеждает тот, кто консолидирован, и у власти кандидат один, а у оппозиции - много. Ради этого сделана мажоритарная система, которая сейчас, поэтому нужно бороться за смешанную систему, за увеличение численности депутатов МГД. Странно в таком огромном городе иметь парламент из сорока пяти депутатов, хотя у нас даже области центральной полосы имеют по пятьдесят депутатов, хотя население меньше московского в несколько раз. Это всё сделано для того, чтобы затруднить ситуацию для оппозиции. Размер округа - это ценз. Чем больше округ - тем меньше шансов у вас избраться, потому что размер округа определяет стоимость кампании - сколько вам нужно агитаторов, сколько вам нужно тиражей, наблюдателей и так далее.
Еще со времен Лужкова система выборов в Московскую городскую думу строилась так, чтобы в ней, по возможности, никого не было, кроме «денежных мешков» и людей, которые правят благодаря админресурсу.
Поэтому нужно бороться за изменение правил игры. Нужно бороться за реформу органов местного самоуправления - чтобы они были настоящими, а не декоративными, как сегодня. В этом смысле рассчитывать только на то, что вы раскрутитесь и изберетесь, невозможно - вас же снова не зарегистрируют, как у нас уже бывало много раз, когда реальную оппозицию у нас на выборы МГД просто не пускали. Вот здесь, я думаю, как раз нужен какой-то пакт - не только о ненападении в ходе избирательной кампании, но и нужна некая консолидированная программа, по которой нет никаких возражений. Это может быть самоуправление, это может быть новая система выборов в МГД, это могут быть какие-то еще вещи, может быть, связанные с градостроительством и чем-то еще, о чем вся оппозиция договориться и может согласованно добиваться и поддерживать любого кандидата, который в результате выйдет во второй тур, если он вообще состоится.
ЮИ: Отмена муниципального фильтра может быть таким консолидирующим моментом.
АК: Ну, отмена мунфильтра - это федеральный закон. А вот избирательная система в Москве - это вопрос, который решают исключительно на городском уровне. Федеральный закон позволяет Мосгордуме собраться и сделать любую избирательную систему. Местное самоуправление в Москве - целиком на усмотрении города (для городов федерального значения в законе делается оговорка о том, что они делают с местным самоуправлением, что хотят). Так что здесь никакого вмешательства центра не нужно. Здесь нужна политическая воля в Москве. Что касается других вещей - это уже федеральный закон и вопрос не чисто городской.
ЮИ: Спасибо большое за интервью!
